Тени Руси

Та же тема про войну и людей, только с другого ракурса: в Дании всерьез обсуждают план спасения Гренландии от США: отправить наследного принца Кристиана, основать там гвардию и народные гимназии. Выглядит это смешно. Понятно, что в мире нет никого, кто хотел бы вступить в конфликт с США ради сохранения датского суверенитета над Гренландией, и в первую очередь среди самих датчан. И о чем это говорит? Впору задуматься, а есть ли суверенитет у самой Дании. Впрочем, проверить это можно, лишь попытавшись отнять у датчан их дома, а не какой-то кусок льда в нескольких тысяч км, пусть и с редкозёмами. Тотальное стирание границ привело нас в эпоху, когда человек как идеал и цель окончательно побеждает государственный миф о святости владения государства территориями ради своего величия. Если территория не нужна людям для жизни, государству нечем доказать им необходимость умирать за ее удержание. Границы стираются в головах. Здоровые люди по всей земле начинают понимать, что они ближе друг к другу, чем к своим правительствам. Уже и наземные границы начинают восприниматься как досадная помеха свободному передвижению и общению. Гренландия для США - это контроль над Арктикой и ресурсы. Мешать этому с помощью датского принца - всё равно что ставить бульдозеру пластиковый заборчик. Разумнее было бы продать то, что не можешь удерживать, как в свое время Россия – Аляску. Трудно представить, что Дания может противопоставить американскому предложению гренландцам - $100 тыс. за переход в гражданство США. Хорошо, что они россиянам пока не могут это предложить. Государство как институт теряет монополию на лояльность человека, если не может предложить ему такой уровень жизни, который он не найдет под другим флагом. Люди все меньше хотят быть топливом для геополитических амбиций своих правительств. И это хорошо. Локального патриотизма, о котором я писал здесь, это не отменяет. Наоборот. Мне не нужна Гренландия, мне не нужна Украина. Мне нужна моя земля, где мой голос важен, где мой дом в безопасности, где с меня не трясут поборы на то, чего я не одобряю. И – внезапно – такой земли у меня нет. Родная земля мне не "своя" в этом смысле. Я не хозяин на ней. Имеет ли после этого что-то еще для меня значение? Имеет ли значение для датчанин Гренландия? Им решать, а не их правительству. Вопросы войны и мира в демократиях должны относиться к компетенции референдума.