Большая Финляндия

IV. Окончательно хочется завершить обзор книги Ивана Филиппова тезисом, который, в принципе, не оппонирует ему и который, опять же, нельзя ставить ему в упрек. В книге Филиппова широко представлен голос активного Z-сообщества, медиумов «коллективного бессознательного зла», хтони, таящейся в тени и алчущей человеческих жертв для удовлетворения своей злобы и ненависти, обусловленной исключительно собственной ничтожностью и несостоятельностью. Но в ней нет голоса главного актора непосредственно разворачивающейся трагедии: голоса линейной пехоты, по колено «в кровище и говнище», волочащей этот чемодан без ручки уже пятый год. Филиппову, очевидно, просто неоткуда услышать их голос. Дело не только в страхе его носителей, дело в крайней степени отчаяния и безнадеги, до которой доведена действующая армия, настроения в которой приближаются к невозвратным точкам депрессии и утраты жизненных сил, когда все становится полностью безразличным. Зато этот голос довелось неоднократно слышать автору данных строк. Слышать не в тылу, под звон бокалов в кабаках, а на самом переднем крае. Слышать три года назад. Его тональность и тогда была мрачной, сегодня же ее невозможно даже представить в полной мере. Но она однозначно не совпадет даже с самыми радикальными правдорубами из числа Z-сообщества. Самые отчаянные и лютые в критике власти и командования зетники, тем не менее, не отходят, в силу своей природы, от главного тезиса: обоснования необходимости продолжения войны и достижения какой-то эфемерной победы. Они ругают, бичуют, обличают, матерятся, требуют – но в конечном итоге все равно настаивают на продолжении. Они – тень войны, тень не может существовать без объекта, ее отбрасывающего. Армия, в отличии от Z-сообщества, не требует и не ждет уже ничего, кроме того, чтобы это все побыстрее закончилось. Ей глубоко плевать на рациональные предложения зетников о том, как улучшить ведение боевых действий. Она не хочет их вести в принципе. Вдвойне, если не втройне, плевать на зетническое рационализаторство «женам штурмовиков» из условного Гремячинска. У них один лозунг, как в Америке времен Вьетнамской войны: «mr. President bring our G.I.`s home». Это может быть неочевидно по той причине, что в России очень мало людей, чей голос в реальности представляет голос линейной пехоты и тех, кто ждет ее дома. Их голос практически неразличим в какофонии, создаваемой Z-сообществом. Но это именно так, и никак иначе. Z-сообщество не имеет монополии на представление армии. Оно хочет ей обладать, стремится к ней, всеми силами пытается провести знак равенства между собой и Вооруженными Силами. Любую критику в свой адрес трактует как оскорбление армии в целом, гневно и дико, до истерики и пены изо рта реагируя на все попытки озвучить банальную истину: «господа, вы никто. Вы просто сборище бешенных и больных негодяев, паразитирующих на национальной трагедии и превративших ее в свой кровавый бизнес». Z-сообщество не представляет широкий тыл и широкие общественные массы России, это Филиппов обозначил достаточно четко. Но и армию оно ни в коей мере не представляет, и вот этот момент уже нужно подсветить особо и отдельно. Z-сообщество представляет только самих себя, свои бизнес-структуры и мрачнейшие залежи хтони, окопавшиеся по обе стороны границы.Эта хтонь – концентрат духовной и материальной нищеты, необразованности, ментальной дикости, лузерства, невостребованности ни в личной, ни в социальной жизни, набора дичайших девиаций и психических отклонений, алкоголизма и наркомании, культивации злобы, зависти, ненависти. Просравшие свою жизнь (будем называть вещи своими именами) и неспособные честно и искренне объяснить себе причины своих жизненных неудач, носители хтони хотят спустить в унитаз и жизни всех вокруг, в том числе и самого ценного в современной России – наших детей. Неспособные найти свое место в мире, они готовы его уничтожить, ибо зачем хтони мир, в которой ее нет, не так ли? Они не хотят учиться, развиваться, понимать и постигать что-то. Не хотят думать. Они ненавидят, исступленно и злобно, все, что выходит за границы их болота: свободную мысль, частную инициативу, отличный от их взгляд на вещи. Они чувствуют свою отсталость и ненужность, неприспособленность, архаичность, но решение этой проблемы они видят не в работе над собой, а лишь в том, чтобы попросту все сжечь и разрушить. Вот и вся идейная, духовная и нравственная основа СВО, которую Филиппов не решился, или не сумел, обозначить прямо, выведя на ее место некую нейтральную пустоту. Зетники – депутаты хтони; естественно, как любые российские депутаты, они активно монетизируют свой мандат. Конечно, как любые представители чего-либо, они представляют собой более развитую форму чем представляемые. С грехом пополам они могут складывать слова в предложения, писать тексты, они обладают несколько более гибким мышлением и чуть более разнообразной палитрой красок. Среди них есть даже фрондеры и диссиденты, позволяющие себе возмутительно крамольные мысли и чудовищные сомнения. Сидящий же на самом верху пожилой человек – пытается балансировать на гребне этой волны, полагая, что в состоянии контролировать ее. Он не может обойтись без поддержки этих сил, ставки им сделаны еще после Болотной. Но верит ли он им, доверяет ли, и рассчитывает на их безусловную лояльность, или же прекрасно знает, как о нем отзываются в кулуарных кругах Z-тусовки – вопрос. Вопрос так же и в том, чем закончится этот удивительный альянс гедонистской элиты, утопающей в разврате, роскоши и пороке, и социального дна, утопающего в дерьме, нищете, ненависти и злобе. Но очевидно, что сколько-то долгим и устойчивым этот альянс быть не может. И очевидно, что в отличие от компромиссных и половинчатых мер, предпринятых властями новой российской государственности в 90-е гг, выползшую из трупа СССР хтонь нужно будет хирургически удалять из организма России как раковую опухоль. Это единственное условие чтобы never again стало реальностью.