Свои да Наши

Молодой Министр Алиханов предлагает ещё немного повысить цены на всё и сразу защитить российскую промышленность. Антон Алиханов выступил на заседании комиссии Госсовета по промышленности с очередной инициативой: повысить импортные пошлины до максимально допустимых по правилам ВТО уровней на все товары, производство которых уже освоено в России. Заодно предлагается расширить применение механизмов «второй и третий лишний» в госзакупках, чтобы иностранные производители ещё реже мешали отечественным получать заказы. Объяснение привычное: российскую промышленность необходимо защитить от ценового давления импортёров. Правда, в этой логике есть одна любопытная особенность. Критерием для ограничения конкуренции предлагается сделать сам факт наличия отечественного производства. Не сопоставимое качество продукции. Не конкурентоспособную себестоимость. Не способность обеспечить необходимые объёмы поставок. Просто наличие где-то в перечнях Минпрома российского аналога. Между тем освоить выпуск изделия и научиться производить его качественно, в достаточных объемах и по приемлемой цене — далеко не одно и то же. И примеров у нас достаточно. Автомобильная промышленность. Российский авторынок защищён сверх всякой меры импортными пошлинами и утильсбором, который неоднократно повышался. Но это не избавило отечественных производителей от конкуренции с локализованными китайскими моделями. Более того, доля Lada в первом полугодии 2026 года снизилась с 29,3% до 25%. Получается, административное удорожание импорта само по себе не гарантирует ни роста продаж, ни укрепления рыночных позиций. Электроника. Здесь история ещё показательнее. В мае Минпромторг ограничил параллельный импорт отдельных категорий иностранного серверного оборудования и систем хранения данных, чтобы поддержать российских производителей. А уже в октябре правительство обсуждает смягчение ограничений: российские заказчики столкнулись с трудностями при закупке необходимого оборудования. Выяснилось, что отечественные серверы по-прежнему зависят от иностранных компонентов. То есть сначала защищаем российскую электронику от зарубежной, а затем обнаруживаем, что без зарубежной электроники российскую производить практически невозможно. Государственные закупки. Здесь последствия предлагаемых ограничений могут оказаться ещё интереснее. Государство закупает оборудование и технику не ради прибыли поставщиков. Оно строит больницы, школы, дороги, развивает инфраструктуру, оснащает предприятия и учреждения. Если при закупке главным критерием становится российское происхождение товара, а не сочетание цены, качества и технических характеристик, возникает вполне практический риск: за те же бюджетные деньги государство получит меньше оборудования или оборудование худшего качества. Тем более что сам Алиханов признаёт необходимость снижать себестоимость российской продукции. Не стоит забывать и о российских предприятиях, которые используют импортное оборудование. Многие не могут просто заменить его отечественным: под конкретные станки и производственные линии выстроены целые технологические процессы. Удорожание такого оборудования увеличивает издержки уже российских производителей. Получается, защищая одну отрасль, Минпромторг рискует повысить себестоимость продукции другой. А оплачивать все эти инициативы и регуляторный задор Молодого Министра в очередной раз придётся российским предприятиям, государству и обычным гражданам. Ведь повышение пошлин не снижает себестоимость российского товара. Оно лишь повышает стоимость его иностранного конкурента. Разумеется, разумная тарифная защита существует во многих странах. Она может помогать новым производствам выйти на рынок и достичь необходимого масштаба. Но между временной поддержкой с понятными условиями и предложением защищать практически всё, что удалось произвести в России, есть существенная разница. В первом случае, требующим наличия отсутствующих у отдельных руководителей знаний, опыта и компетенций, государство создаёт условия для появления конкурентоспособной промышленности.