Мой театр – это свобода. Не должно быть запретов. Неправильно, когда рождаются ограничения. Театр – это очень хрупкая субстанция. Его ценность в этой хрупкости, живости и свободе. Погода изменила все мои бульварно-театральные планы на воскресенье, пришлось остаться дома. Зато посмотрела вечером интервью с Агриппиной Стекловой. Разговор начался с поступления на курс Марка Захарова – к Андрею Гончарову не поступила. Потом Сатирикон, в который Агриппина пошла служить сразу после окончания ГИТИСа. История о том, как впервые увидела Юрия Бутусова. Кстати, это она, посмотрев диплом Бутусова «В ожидании Годо», уговорила Константина Райкина съездить в Петербург на этот спектакль. И пригласить ЮН поработать в Сатириконе. К нашему счастью, все сложилось. Первой постановкой Бутусова в Сатириконе стал теперь уже легендарный «Макбетт» (с двумя «т»). Не случились «Три сестры», но вместо них появился «Отелло». Самым интересным для меня стал рассказ о возвращении «Чайки» на сцену. Этот 9-минутный фрагмент я прикрепила к посту. После такой истории поневоле поверишь в высшие силы. А дальше о «бутусовцах» – учениках мастерской Юрия Николаевича, где она преподавала. Как каждого поступающего они буквально рассматривали «под лупой» и какие они все невероятно талантливые ребята. И о других своих ролях, о «Грозе» Марии Смольниковой. А я вспомнила, как неделю назад на закрытии сезона в Пространстве «Внутри» смотрела эту «Грозу». На поклонах Даниил Пугаев смешно пытался вскарабкаться по наклонной сцене, чтобы подарить Агриппине букет, но все время соскальзывал вниз. Я даже уже была готова его слегка подпереть плечом, но она сама к нему спустилась. А еще у Агриппины был выход в спектакле Дмитрия Крымова «Костик». Дмитрий Анатольевич тогда сидел в зале, а после спектакля сказал, нельзя ли сделать так, чтобы это было в каждом спектакле. В конце разговора Ринат спросил, какой он – театр Агриппины Стекловой и чувствует ли она какую-то особую миссию. Ответила, что самое важное – люди, с которыми работает, свобода и отсутствие цензуры. «Я сама меняюсь. Это зависит от времени, в котором я живу. А что касается миссии, то ее нет: я просто не могу без театра»... полностью интервью тут