Порвалась дней связующая нить Я не видела раньше «Гамлета» Льва Додина, поэтому возвращение спектакля спустя три года «молчания» на сцену МДТ меня сильно обрадовало. Не могу судить, каким он был десять лет назад, но то, что я увидела сейчас, произвело на меня очень сильное впечатление. Это, пожалуй, самый неожиданный и, возможно, самый современный «Гамлет» из всех, что видела до сих пор. И это очень смелый спектакль. Додин разглядел иного шекспировского героя. Его Гамлет совсем не про гуманизм. И не про восстановление справедливости. Гамлет тут одержим властью. Он мучительно переживает, что корона досталась Клавдию. Гамлет рвется к трону, прокладывая себе путь насилием и убийствами. Месть за отца становится самой малозначительной причиной, которые им движут. Этим невозможно ни объяснить его поступки, ни оправдать. Он ведет себя к саморазрушению, но и «подталкивает» мир к катастрофе. На Данилу Козловского просто страшно смотреть, как искажается злостью и ненавистью его лицо, когда он в гневе кричит, что корона досталась не ему. Конечно, в какой-то мере Козловский соскучился по этой роли, но не в этом дело. Он играет Гамлет с невероятной внутренней силой. Это очень физическая роль, которая держится на колоссальном внутреннем напряжении. Его герой охвачен яростью и становится опасен для всех, кто оказывается рядом. Даже для собственной матери. Впрочем, Гертруда в спектакле - куда страшнее Клавдия.Это ей в голову приходит мысль, что корона не будет в безопасности, пока жив и этот Гамлет. Гертруда (великолепная Ксения Раппопорт) рассказывает сыну каким тираном был его отец. И понятно, что Гамлет младший тут – плоть от плоти своего отца. Не просто так он носит футболку с его портретом. Тут у каждого героя на груди - свой король. От рук Гертруды и Клавдия погибает Офелия (Елизавета Боярская) – они ее сами убивают. Но Клавдий Игоря Черневича – тут скорее ведомый и услужливый муж, нежели коварный и властный король. Сценография Александра Боровского - вообще отдельный герой спектакля. Сценическая коробка по периметру опоясана строительными лесами, затянутыми белой защитной тканью-мешковиной. Кажется, будто королевский замок, а вместе с ним и вся страна, застыли в бесконечном ремонте. Привычной сцены тут тоже нет – вместо нее деревянный каркас с провалами, которые со временем станут могилами для всех героев. Люди в черной униформе тяжелым, гулким маршем выходят на сцену и один за другим закрывают эти «дыры» досками, словно заколачивают склепы. Каждую доску с силой впечатывает нога в зашнурованном ботинке, и страшный удар эхом разносится по залу. В финале все это закатают «под асфальт» – Фортинбрас будет строить на могилах свое новое королевство.