Я все откладывала просмотр «Сентиментальной ценности», и вот наконец-то посмотрела. Йоаким Триер снял красивое, очень эмоциональное кино о семье, о травмах, которые годами прячут глубоко внутри, о страданиях, не нашедших выхода. И об искусстве, которое в общем-то само по себе не лечит – оно создает пространство, где человек наконец может прожить то, от чего всю жизнь убегал. И становится способом разговора друг с другом. О режиссере, который в своих фильмах рассказывал истории другим, но так и не научился говорить с собственными дочерьми. Тут есть старый Дом - очень важный образ фильма. Его стены за долгие годы впитали боль, ссоры, обиды и недосказанность. Трещина, проходящая через стену – метафора давших трещину отношений поколений внутри семьи. Но этот же дом может стать местом, где появляется надежда. А потом я посмотрела потрясающее искусствоведческое «расследование» Владимира Раевского «Почему Неизвестная?»*. Как же я люблю такое! Началось с того, что он узрел в «Сентиментальной ценности» картину, которую принял за «Неизвестную» Крамского. Решил выяснить, как она туда попала, а узнал, что это вовсе не Крамской. Это работа Хедвиг Брок. Кто она такая и почему именно ее картина оказалась в фильме, рассказывать не буду - иначе пропадет вся интрига. Но как Раевский все это распутывает! Захватывающий рассказ, который от «Неизвестной» Крамского приводит и к Павлу Третьякову, отказавшемуся ее покупать, и к частным коллекционерам, и в Прагу, и к тому, как связана Хедвиг Брок с фильмами Триера «Сентиментальная ценность» и «Осло, 31 августа». Оторваться невозможно. Если вы помните его цикл «Сделано в Москве», то легко представите, насколько увлекательно он умеет рассказывать истории. Теперь в моих планах посмотреть «Осло, 31 августа» Йоакима Триера – даже мини интервью с ним убеждает, насколько это вдумчивый кинорежиссер. *материал произведен иноагентом Владимиром Раевским