Вчера была на выставке «Школа Званцевой» в Музее русского импрессионизма. Если бы я была большим поклонником творчества Ильи Репина, я бы наверняка знала, кто такая Елизавета Званцева. Но я никогда не погружалась в его биографию настолько глубоко, чтобы знать, что Репин был страстно, до отчаяния, влюблен в свою ученицу. Написал пять ее портретов (один сейчас хранится в музее Хельсинки) и 74 «эротических высоко-художественных» (по словам нашего гида) письма, каждый раз подписываясь «Ваш раб». Так что на эту выставку я пришла практически с чистого листа. Елизавета Званцева была ученицей Репина, но ее собственных работ сохранилось катастрофически мало. Предполагают, что большую часть она уничтожила сама. К счастью, у нее оказался другой, не менее редкий талант. Она умела собирать вокруг себя людей и создавать пространство, в котором им хотелось работать и искать новое. После учебы в Париже Званцева решила, что России тоже нужна современная художественная школа - место, где под руководством сильных мастеров ученики будут экспериментировать в поисках собственного языка, избегая академизма. В школе преподавали Лев Бакст и Мстислав Добужинский, а когда Бакст уехал за границу по приглашению Дягилева, его место занял Кузьма Петров-Водкин. В общем, с учителями у Званцевой проблем не было! Даже Репин явно позавидовал, назвав «званцевцев» мазилами и красильщиками заборов. Среди учеников школы - Марк Шагал, Николай Тырса, Михаил Матюшин, Елена Гуро, Ольга Розанова. Правда, Розанова проучилась всего месяц: обучение стоило 25 рублей, что по меркам рубежа 19-20 веков огромные деньги. За Марка Шагала платил сам Лев Бакст: его восхитил невозможный, неповторимый сиреневый цвет, который создал Шагал. А еще здесь учились художники, чьи имена сегодня почти забыты, хотя совершенно незаслуженно: Надежда Лермонтова (внучатая племянница Михаила Юрьевича),Магда Нахман, Раиса Котович-Борисяк, Юлия Оболенская. Софья Дымшиц-Толстая пришла в школу вместе с мужем Алексеем Толстым. Но его не взяли, сказали примерно так: не надо вам рисовать, лучше книги пишите. Что ж – очень хороший совет ) Вообще у многих «званцевцев» судьбы достойны отдельного романа. Магда Нахман вышла замуж за индийского революционера, вместе с ним жила в Берлине, а после прихода гитлера к власти перебралась в Бомбей. Там она стала одной из самых известных художниц Индии. И это далеко не одна биография, которую открывает эта выставка. Экспозиция устроена как три мастерские - Бакста, Добужинского и Петрова-Водкина. Все они сходятся в центре выставки, а в каждую ведут распахнутые деревянные двустворчатые двери. Очень простое, но красивое решение: кажется, будто заходишь в настоящую художественную школу начала прошлого века. Я шла смотреть картины, а в результате вышла с ощущением, что познакомилась с человеком, который сумел собрать вокруг себя чуть ли не целую эпоху. И теперь мне очень хочется узнать об этих художниках подробнее. И вот очень кстати на экскурсии нам кое-что из книг посоветовали: ▫️«Художник в изгнании» Лины Бернштейн ( о Магде Нахман). Наш гид Вера сказала, что начала читать книгу перед сном и не смогла закрыть, пока не дочитала ее до конца ▫️«Мои воспоминания». Мстислав Добужинский ▫️«Хлыновск» и «Пространство Эвклида». Кузьма Петров-Водкин. ▫️«Серафим Саровский на Большой Ордынке». Светлана Кагарлицкая (о Раисе Котович-Борисяк). ▫️Письма Репина к Званцевой. Опубликованы в альманахе «Мир искусства», выпуск №4 за 2001 год Выставка будет работать до 4 октября