Наконец-то я тоже посмотрела интервью Дмитрия Крымова, которое он дал в Тель-Авиве после премьеры Bloody Mary. Мне никогда не надоест слушать Д.А. - каждый раз я узнаю что-то новое. Чем гений, например, отличается от великих. Гений - это «вертикальный взлет», летающая тарелка, которая вжух и исчезла в космосе. О старших мастерах, которых он называет «гренадерами профессии», о том, как меняется мир. А еще о том, что зритель имеет право ничего не понять, и должен смотреть спектакль как ребенок. «Интерес важнее понимания». Если после спектакля хочется подумать, обсудить, вернуться, чтобы пересмотреть - значит, все случилось. Но больше всего меня впечатлили две истории. Первая — про спектакль «Все тут». Я знала, что после снятия с репертуара декорации несколько лет пролежали на складе в Домодедово и что их буквально спасла Анна Гроголь (бывший директор шсп). И что возникла идея сыграть в этих декорациях спектакль к 100-летию Эфроса. Но я не знала, что "сцену" (крышу ТЦ) для спектакля предоставил Максим Левченко - директор музея «Полторы комнаты». А когда наступили холода и стало понятно, что площадку придется менять, Евгений Цыганов придумал перенести действие на парковку того же торгового центра. Ради спектакля ее специально утеплили с минус пятнадцати до плюс десяти. Но дело даже не в самой истории, хотя и в ней тоже. А в том, как Крымов о ней рассказывает. В его интонациях слышу огромную благодарность людям, которые продолжают театр даже тогда, когда, кажется, для него уже не осталось места. И вторая - про стрим «Дяди Вани». Вроде обычная онлайн-трансляция. Но Дмитрий Анатольевич рассказывает, как мы всем миром смотрели «Дядю Ваню» из Нью-Йорка. Как в Петербурге люди собрались в подвале у Марины Дмитревской, как студенты ГИТИСа набились в а39 и смотрели спектакль по одному билету, который смог купить студент из Эстонии... Было слышно, как у Д.А. подступают слезы. И у меня, кстати, тоже... Потому что крымовский театр - он про людей, которые очень хотят быть вместе. И Дмитрий Анатольевич это чувствует...