Суета вокруг театра

"Нужно правильно рассказывать эти истории современному зрителю". Фрагменты интервью Константина Хабенского о премьерах МХТ: —Главными премьерами этого сезона на театральной карте страны по праву можно назвать спектакль «Кабала святош» и «Гамлет» на сцене МХТ. Вы тем самым задаете тренд, приглашая звезд, например Юру Борисова и Николая Цискаридзе, не совсем близких к драматическому театру. Появление таких кассовых спектаклей позволяет заработать и приглашать молодых режиссеров, экспериментировать на малой сцене? — Что касается экспериментов, сразу скажу: мы занимались этим последние два с половиной года. В 2017-м в Казани мы запускали лабораторию «Артхаб» для поиска талантливых режиссеров, драматургов и новых идей. Позже эта работа продолжилась уже на площадке МХТ им.Чехова. И все эти два с половиной года ушли на знакомство с режиссерами, которые раньше не ставили на нашей сцене, на поиск новых драматургов, тем, жанров и художественных решений. И сегодня мы видим результат этой лаборатории. Например, «Кабала святош» и «Гамлет» — это работы режиссеров, которых мы как раз нашли во время лаборатории: Юрий Квятковский и Андрей Гончаров. — Выбор в пользу Цискаридзе и Борисова связан с их медийностью? — Это видение режиссера. Когда с Юрием Квятковским обсуждали «Кабалу святош», было понятно, что это уже не классическая булгаковская пьеса в чистом виде. Там много современной драматургии: драматург Михаил Дегтярев дописал историю, появились современные вкрапления. И режиссер хотел, чтобы Людовика XIV играл не просто актер, а знаковая величина сегодняшнего дня. Точно так же и с «Гамлетом». Когда Андрей Гончаров пришел ко мне с идеей спектакля, он уже видел в главной роли Юру Борисова. Я только воспользовался этой ситуацией. — А как вам сам спектакль? Вы согласны со всеми художественными решениями? Потому что мнения о постановке очень разные. — Да, мнения действительно разные. Но спектакль только родился. И, зная Андрея Гончарова, его характер и творческое упрямство, я понимаю, что он еще будет доводиться до совершенства. При этом, на мой взгляд, уже состоялась хорошая премьера — полярность мнений, нет ни одного равнодушного зрителя, никто не выходит после спектакля спокойным. А для театра это гораздо лучше, чем молчание. — Что, на ваш взгляд, делает Юру Борисова современным Гамлетом? — О Гамлете можно говорить очень долго, но если коротко, то для меня современный «Гамлет» — это история перехода из детства во взрослый мир. Мир взрослых правил, но при этом очень хочется сохранить в себе ребенка. — Вы принимаете «Гамлета» Гончарова с костюмами из фольги, настольным теннисом вместо дуэли и так далее. — Я принимаю этот подход. Я вижу в нем новый взгляд, новое дыхание, новое отношение к великому Шекспиру. Ведь любой «Гамлет» — это только повод поговорить о человеке и человеческих отношениях. Тот «Гамлет», который шел в Московском Художественном театре 21 год назад, был совершенно другим (Хабенский в спектакле Юрия Бутусова играл Клавдия — прим. ред.): другой театральный язык, другие герои, другое театральное мышление. Сегодняшний спектакль длится всего 1 час 45 минут, и режиссеру этого времени достаточно, чтобы высказаться о том, что волнует именно его. — В одном из интервью вы сказали: «В нашей стране меньше толковых режиссеров, поэтому моим коллегам (актерам) надо проявлять больше инициативы». В кино или театре мало толковых режиссеров? В какую сторону меняется ситуация с режиссерами? — К сожалению, эта тенденция есть и в кино, и в театре. Хороший режиссер — это штучный товар. Есть режиссеры среднего уровня, есть те, кого режиссерами называют ошибочно. А есть настоящие мастера и их действительно единицы что в театре, что в кино. Но, слава богу, сейчас появляется молодое поколение режиссеров. Да, они уже с опытом, со своим багажом, но это все равно новая кровь. Например, Сергей Малкин, с которым я имел счастье поработать в картине «Здесь был Юра», и Андрей Гончаров. Просто нужно постараться обеспечить их всем необходимым для того, чтобы они могли заниматься своим делом.