Хочу рассказать, кем был Николай Владимирович Коляда для меня, и каким Человеком он был. И не устаю благодарить судьбу за личное знакомство и дружбу. Впервые я пришла к Николаю Владимировичу в январе 2015 года - на «Маскарад». Я, конечно, знала, кто такой Коляда, но в моей голове он жил исключительно как драматург. А то, что Коляда еще режиссер и артист, я открыла для себя только тогда, в 2015. До сих пор не понимаю, какими высшими силами этот человек заставлял меня плакать и хохотать, какими приемами он владел, чтобы вводить меня в состояние оцепенения в зрительном зале. Так, чтобы я потом ночь не спала, а чувствовала себя счастливой. Я влюбилась в Коляда-театр с первого взгляда, влюбилась в самобытные, «странные» спектакли. Я тогда не была таким фанатом театра, как сейчас. И во многом любовь к театру мне привил именно Коляда. Благодаря ему, я поняла, что театр – это свобода, это зрители-единомышленники, это открытые, радушные, беспафосные артисты. Мне кажется, что в ТЦ на Страстном у нас даже была своя секта колядазависимых... А потом каждый год в январе Николай Владимирович приходил к нам в гости. Сразу же сбрасывал обувь и падал на лежанку обнимать и целовать нашу Басю. Человек, который любит животных, не может быть плохим, злым, жестоким. У Николая Владимировича было большое, доброе, честное сердце. Да, он горел театром, но в первую очередь театр для него – это люди: артисты и зрители. Всем помогал, оберегал, каждым дорожил. Я хорошо помню его фразу «В гробу карманов нет». И тратил все, что получал. Не знаю точно, сколько квартир он купил и подарил своим артистам (два года назад было 15!). Театральный центр на Страстном, куда его театр последние два года не пускали, навсегда будет связан для меня с именем Коляды. Я знала его до каждого уголка. Комнату, где собирались артисты после спектаклей, ели, пели, общались. Гримерки. Помещение, где Н.В. борщ варил для своего легендарного суп-театра. Это было такое счастливое для меня время! Теперь я остаюсь с большой болью, личной болью. В сентябре Н.В. сильно обиделся на мои слова, что «Женитьба Бальзаминова» – длинный спектакль. А я малодушно, по глупости, боялась позвонить и объяснить. И все время думала, что успею... Простите меня, Николай Владимирович! И спасибо вам за ваш талант, за любовь к нам, таким разным зрителям, благодарным и не очень, за терпение, за щедрость, за полную самоотдачу. Вы были уникальным - чутким, настоящим, по-настоящему переживающим человеком. Я буду помнить о вас всегда. Мои глубокие соболезнования артистам и всем-всем в Коляда-театре. Сил вам, дорогие, постарайтесь их найти, вы нам очень нужны!