Каким-то чудом нам с подругой удалось этой волшебной ночью проскочить на самолете из Петербурга в Москву. При многих задержанных и отмененных рейсах мы вылетели и приземлились вовремя. Кажется, что я еще никогда не ездила в Питер с настолько плотной программой: за два два с половиной дня я посмотрела 5 спектаклей, один балет и 3 выставки. Самое-самое из театрального – это «Моцарт и Сальери» Саши Толстошевой в Каменноостровском БДТ. О нем чуть позже. Вечером того же дня посмотрели в театре «Суббота» спектакль «Спасти камер-юнкера Пушкина», который за 10 лет своего существования по-прежнему собирает полные залы. Постановка Татьяны Ворониной (кажется, я больше ничего у нее не видела) довольно аскетична. Из декораций – бортики с натянутой красной лентой, какими огораживают все что угодно, в том числе памятники. Самое важное тут - исполнитель главной роли: пьеса Михаила Хейфеца написана от первого лица и по сути предполагает моноспектакль. Остальные персонажи возникают как живые иллюстрации к рассказу главного героя. Но это нисколько не умаляет второстепенных актерских работ. Они «спасают», во-первых, Владимира Шабельникова (исполнителя роли Миши Питунина), беря на себя часть драматической ноши. Во-вторых, такого зрителя, как я, который не очень любит моноспектакли. Шабельников проводит своего героя из детства в СССР к взрослой жизни в России 90-х. И на всем пути рядом, так или иначе, маячит «солнце русской поэзии». Пушкин действительно тут – «наше всё». Не будь его в этой истории, спектакль ушел бы в пике «чернухи», в которой ставшие бандитами (или рэкетирами) школьные друзья убивают главного героя за квартиру. В начале Пушкин - источник ненависти и унижений Миши Питунина, а спустя годы он уже готов заслонить его от пули Дантеса. Не потому, что так хотела мишина первая любовь. Просто великий поэт на эпохальном повороте истории вдруг оказался никому не нужным. Играет Шабельников без пафоса, без героизма, смешивая стендап и грустный юмор, делая Мишу живым, настоящим и самым обычным человеком, которого хочется спасти... В тот момент, когда фантазия и реальность трагически сближаются. Такой вот, посвященный Пушкину, у нас случился день.