На днях капитан корейской сборной по футболу Сон Хын Мин с командой зашли в такерию Tomate в Гвадалахаре. Заказали тако аль пастор (свинина на вертеле с ананасом, потомок шаурмы), арачеру (сочный говяжий стейк на гриле) и гуакамоле. Мексиканские медиа писали об этом визите восторженно. Отдельно мексиканцев шокировало то, что из всех блюд корейцы попросили удалить кинзу - неотъемлемый ингредиент. Стандартное объяснение корейского отношения к кинзе - генетика: около 20% восточных азиатов ощущают кинзу на вкус как мыло из-за вариации гена OR6A2, который усиливает чувствительность к альдегидам. Но это объяснение работает только частично: в Китае генетика похожая, а кинза там - базовый ингредиент. Опросы показывают, что от 57% до 76% корейцев кинзу не любят. Это явно больше, чем 20% генетически предрасположенных. На самом деле, кинза в Корее есть и давно - появилась ещё в средневековой Корее, а в эпоху Чосон из неё делали кимчи и ели сырой с острым соусом. Потом просто перестали использовать. Сегодня в Корее во вьетнамских и мексиканских ресторанах кинзу по умолчанию не кладут - только по запросу. Корейские туристы во Вьетнаме и Таиланде выучивают фразу "Пожалуйста, без кинзы", а особо подготовленные делают себе в поездки футболки с такой надписью на вьетнамском, тайском, корейском и английском одновременно - чтобы не объяснять каждый раз.