«Моей любимой невдомек, — Подумалось недавно мне, — Что сделал я и чем помог Своей измученной стране». Померкло солнце предо мной, И ускользающую нить Ловя, припомнил я с тоской, Как трудно это объяснить, Как восклицал я каждый год, Овладевая тайной слов: «Теперь она меня поймет, Я объяснить готов». Но если бы и вышло так, На что сгодился б вьючный вол? Я бы свалил слова в овраг И налегке побрел. Уильям Батлер Йейтс.