Старая площадь

Эксклюзивно – для «Старой площади». Специальный проект. ЭКСПЕРТНЫЙ ВЗГЛЯД. На 2026 год пока запланировано всего семь губернаторских кампаний — в Мордовии, Туве, Чечне, Белгородской, Пензенской, Ульяновской и Тверской областях. В конце минувшего года впервые с 2022-го не случилось так называемого губернаторопада — ротации глав сразу нескольких регионов, которую Кремль традиционно проводит весной и осенью. Директор Агентства социального проектирования (АСП) Илья Гамбашидзе: Есть кампании, которые могут и даже должны стать напряженными, потому что на них губернаторы будут обсуждать с избирателями очень серьезные и важные проблемы. На первое место среди таких кампаний я бы поставил кампанию по выборам губернатора Белгородской области. Я не думаю, что у Гладкова появятся опасные для него конкуренты. Но я полагаю, что ему предстоит очень жесткий и отнюдь не сводящийся к лозунгам разговор с жителями региона о (как мы все надеемся) послевоенном восстановлении и даже возрождении региона, который больше почти всех остальных пострадал от вражеских налетов. Политический обозреватель Андрей Гусий: Самое интересное – традиционные весенние ротации в губернаторском корпусе. Есть информация о том, что некоторые главы могут получить одобрение о переходе на федеральный уровень. И тут интересно – кто займет их место. Как показала практика 2025 года, скамейка запасных не такая уж и длинная. Регионы могут и месяц-два прожить без губернатора. Особенно сложно предугадать такие замены в нацреспубликах, где к вопросу руководителя население относится крайне трепетно. В 2026 году на юге России выберут глав: Чечни, Дагестана, Северной Осетии и Карачаево-Черкесии. Пока информации о ротации среди этих глав от источников не поступало, но говорится о двух потенциальных отставках свыше этой нормы. Директор по аналитическим проектам Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков: Стоит учитывать, что большинство регионов, где уже ожидаются прямые выборы глав, являются либо патерналистскими национальными республиками (Мордовия, Тыва, Чеченская республика), либо губернаторские кампании там длительное время не были связаны с существенными электоральными вызовами (Белгородская, Пензенская области). Если опираться на опыт предыдущих кампаний, по протестному потенциалу среди территорий, где в 2026 году предстоят губернаторские выборы, на общем фоне выделяется Тверская область, где в 2021 году результаты выборов главы региона были близки к сценарию второго тура (результат шедшего тогда на второй срок Игоря Рудени составил 52,33% голосов). А также Ульяновская, где губернаторские выборы 2021 года как таковые прошли по сценарию референдума (83,16% у представителя КПРФ Алексея Русских, тогда находившегося в статусе врио), но сам по себе регион является протестным. В целом, хотя проведение предыдущих парламентских кампаний часто являлось стимулирующим фактором для протестного голосования и на губернаторских выборах, пока в большинстве регионов, где уже сейчас планируются выборы глав, вызовы для основных кандидатов могут быть связаны не столько с электоральной сферой, сколько с информационной и вопросами коммуникаций. Во-первых, становится более активным внимание общественности и СМИ к неудачным или скандальным высказываниям региональных и муниципальных чиновников, что будет требовать реагирования и от руководства субъектов РФ, а подчас и от губернаторов лично. Во-вторых, на фоне экономических проблем, под ударами могут оказаться именно индустриальные регионы, что усиливает информационные и имиджевые риски для их руководства. В-третьих, продолжает поступательно возрастать роль губернаторов по реагированию на вызовы в сфере безопасности. В предвыборных условиях — это будет означать более активную критику в адрес губернаторов (в некоторых случаях, возможно, и со стороны федеральных политиков) в связи не только с сюжетами, связанными с реагированием, например, на последствия атак БПЛА, но и с резонансными криминальными инцидентами.