БЫШОК

Продолжают говорить о суверенитете, прежде всего в контексте защиты оного, но также и про информационный и культурный суверенитеты. При этом не уточняют, что означает это иностранное слово. Оно, очевидно, настолько важное, практически священное, что любая попытка дать ему определение сродни святотатству. Но мы всё-таки обратимся к политической науке и заметим, что суверенитет – это свойство власти распространяться на ту территорию, которую она считает своей, и иметь монополию на ту сферу деятельности, которую она считает своей, прежде всего легальное насилие, налоговые сборы и внешняя политика. Понятие суверенитета само по себе ничего не говорит о природе власти, этот суверенитет имеющей. Речь идёт именно о той власти, которая по факту есть (властвует), а не о "хорошей", "справедливой" или "законной" власти.