БЫШОК

👨‍🏫 Работая в комиссиях по приёму госэкзаменов, а также на защитах бакалаврских, магистерских и даже кандидатских диссертаций по политологии, порой сталкиваюсь с отсутствием у защищающихся интереса к истине. Это может звучать претенциозно, но как тут иначе сформулируешь. Особенно остро проблема стоит в сферах, связанных со всяческими информационно-манипулятивными технологиями, психологическими операциями, гибридными конфликтами, противостоянием подрывному влиянию недружественных акторов и далее в том же духе. Со всеми подробностями – не придерёшься – описывают технологии борьбы с фейками и пр., а когда задаёшь понтий-пилатовский вопрос «что есть истина?», то бишь: кто конкретно определяет, что есть не-фейк, не-манипуляция, не-подрывное влияние – зачастую плывут или вообще впадают в ступор. И ведь странно, что такой, казалось бы, единственно принципиальный для всей конструкции вопрос не приходил человеку в голову за долгое время – годы – работы над диссертацией. Сталин, согласно апокрифам, в своё время запретил заменять науку психологию – физиологией высшей нервной деятельности (были такие энтузиасты). Вот и политологию нельзя заменять суммой политтехнологий.