Старовойтов о политике

Наравне с Дальним Востоком и Арктикой, Сибирь воспринимается как стратегическая территория во многом благодаря тренду «разворота на восток». Куратор Сибири в правительстве РФ, вице-премьер Дмитрий Патрушев, на прошлой неделе провел встречу с иркутским губернатором Игорем Кобзевым. На ней, в частности, был согласован запуск важного для всего Байкальского региона экологического проекта — строительства мусоросортировочного комплекса в Ангарске. Вообще, итоги последних встреч Кобзева сигнализируют центру, что регион лидирует в Сибири по многим параметрам. При этом важно не столько количество контактов, сколько их тематика. В случае иркутского губернатора обсуждаемые вопросы охватывали все сферы долгосрочного развития: от науки и образования до медицины, сельского хозяйства и критической инфраструктуры. Теперь к деталям. В министерстве науки с Валерием Фальковым речь шла об инвестициях в человеческий капитал – участии иркутских вузов в программе «Приоритет-2030». Параллельно в Минпросвещения с Александром Бугаевым согласовывали дополнительные заявки на капремонты школ и детсадов, а в Минздраве с Михаилом Мурашко — планы по строительству новых поликлиник и их цифровизации. Отдельный фокус – на привлечении внебюджетных ресурсов через партнерство с крупным бизнесом, для которого область является важной территорией присутствия. Переговоры с «Транснефтью» как раз об этом: о системном софинансировании ремонта ФАПов, оснащения больниц, поддержки культуры, что становится реальным дополнением к государственным усилиям. Игорь Кобзев уверенно встраивается в федеральную повестку и выводит на общероссийский уровень самые значимые для региона проекты. Благодаря таким встречам Иркутская область включается в крупные программы и активно участвует в достижении национальных целей.

Пять миллиардов долларов российских денег, которые заморозили на Западе и которые мы сейчас, судя по всему, направим на урегулирование отношений с США (то есть на лоббизм, фактически) - это около 380 млрд рублей. Не только в международных масштабах, но даже и по меркам российского бюджета это относительно немного. Например, в 2023 году на 30 млрд больше - 410 млрд рублей из федерального бюджета было выделено новым регионам России (ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областям) в виде дотаций. Бюджет Краснодарского края около 530 млрд. Свердловской области - 446 млрд. Москва тратит на себя 5,5 триллионов руб. в год. Годовой бюджет всей России чуть больше 40 трлн руб. В "Совет мира" мы отдадим 1 млрд долларов - то есть 76 млрд руб. или годовой бюджет Курганской , Астраханской или Ивановской областей. По остальным еще поторгуемся и может быть что-то нам и вернут.

Сейчас у «Единой России» рейтинг 35 процентов (по ВЦИОМ), установка - не меньше 55 процентов. То есть надо до сентября добрать 20 процентов или около 12 миллионов голосов. Это трудно сочетается с установкой «экономить». Поэтому правильно читать не «губернаторов призвали экономить на выборах», а призвали «экономить на своем пиаре, вкладываясь в пиар партии». https://t.me/politjoystic/52338

С месяц назад я прогнозировал о чем и как Трамп будет говорить в Давосе. К сожалению, ни в чем не ошибся. Главное, он сказал слушателям прямым текстом: вы существуете, потому что я разрешаю. "Без нас Швейцария не будет Швейцарией. Без нас ни одна из других стран, которые здесь представлены, не будет этими странами". Трамп рассказал, как премьер-министр Швейцарии его "вывела из себя" и он поднял пошлины с 30% до 39%. Из раздражения. Потом объяснил: "Я понял из этого разговора, что США на самом деле поддерживает весь мир на плаву". Вдумайтесь в логику. Собеседник возражает. Он злится, наказывает, и внезапно осознает, что мир существует благодаря ему. Это не политический расчёт. Это клиника. Но клиника, которая работает. Структура речи классическая схема американского телеевангелиста, масштабированная на весь мир: 1⃣ Апокалипсис: "Европа идёт в неправильном направлении", "места стали неузнаваемы", "разрушаются страны" 2⃣ Спаситель: "Мы победили инфляцию", "рекордный рост", "экономическое чудо" 3⃣ Дань: 5% ВВП для НАТО, пошлины на Швейцарию, Гренландия для США, повышение цен на лекарства в Европе 4⃣ Угроза: "Вы можете сказать да и мы будем благодарны. Или нет, и мы это запомним" 5⃣ Благодать:"Когда у Америки бум во всём мире рост" Величие стало аксиомой. Что противоречит не существует. Нет градаций. Только "величайший в истории" и "худший в истории". Серой зоны не существует. Нет фильтра. Внутреннее состояние (раздражение) = внешнее действие (пошлины) = публичная презентация. Он не понимает, что признаётся в иррациональности. Причинное замыкание. Всё хорошее, потому что он. "Я урегулировал 8 крупных войн". "Без нас не было бы мира на Ближнем Востоке". "Если бы не мы, вы бы говорили на немецком". Почему это работает? Йехезкель Дрор в 1971 году написал книгу "Crazy States" о государствах, которые культивируют непредсказуемость как стратегический актив. Логика простая: рациональные переговоры предполагают, что обе стороны калькулируют. Но если одна сторона демонстрирует готовность к иррациональным действиям, калькуляция ломается. Трамп в Давосе показал: я способен наказать, просто потому что разозлился. Со мной нельзя договариваться, можно только подчиняться. И Швейцария подчинилась. И Дания ведёт переговоры о Гренландии. И НАТО платит 5%. Технология работает, когда за ней стоит сила. Ключевой вопрос: это органика или продукт структуры власти? Ответ: второе. Когда тестирование реальности всегда даёт положительный результат, психика перестаёт в нём нуждаться. Раньше трампизм маскировал свою повестку под культурную. "Народ против элит", мигранты, антиwoke повестка - все это отвлекало от вопроса: кому достаётся рента? В Давосе вся эта ерунда отброшена. Трамп стоит перед залом миллиардеров и объясняет им схему извлечения. "Все пользуются Соединёнными Штатами". "Люди зарабатывают деньги из-за нас". "Я мог ввести пошлину 70%, чтобы зарабатывать на Швейцарии". Три варианта дальнейшего: 1⃣ Стабилизация бреда величия как нормы. Мир адаптируется к иррациональности гегемона. "Crazy state" становится постоянным режимом. Работает, пока не накопится критическая масса ошибок, которые бред не может скорректировать. 2⃣ Декомпенсация. Крупный провал (кризис, военное поражение, раскол элит, поражение на выборах) обрушивает систему. Варианты выхода: депрессивный коллапс или параноидальная эскалация. 3⃣ Ограничение. Теоретически — институты. Практически — они подчинены. Модель рационального актора больше не работает. Прогнозировать нужно не "что выгодно", а "что соответствует грандиозной самооценке". Всё, что угрожает образу величия, будет атаковано, независимо от целесообразности. Любая критика вызовет непропорциональную агрессию. Окружение влияет не через аргументы, а через управление потоком подтверждения. Кто контролирует нарциссическое снабжение, тот имеет рычаг. Самое интересное, что будет дальше❓

От губернатора Кемеровской области ждали, что он: 1. Выразит искренние соболезнования. 2. Даст поручение помочь семьям. 3. Лично возьмет на контроль расследование. 4. Скажет, что перетряхнет всю систему здравоохранения региона, чтобы такая трагедия никогда больше не повторилась. 5. Выполнит обещание. Что делает губернатор: с листа зачитывает, что виноваты сами матери. Эмпатии ноль, 1000 процентов бездушной бюрократии. В общем кейс в учебники по антикризисному пиару как не надо делать. Вряд ли уволят, но запомнят. https://t.me/ostorozhno_novosti/45274

Конечно, администрация президента не нуждается в статьях в научных журналах, чтобы посылать «сигналы» губернаторам, как это предположили уважаемые сотрудники аналитического отдела «Клуба регионов» в рецензии на статью Алексея Семенова в свежем номере журнала «Государство». Губернаторы настолько сейчас перегружены разными сигналами, что не успевают их расшифровывать. Но в чем правы коллеги - сегодня совершенно необходимо пересмотреть философию коммуникации между властью и обществом и добиться роста ключевого показателя: доверия. Тем более, что окончание СВО как бы создает водораздел между до и после. И обществу нужны будут символы перемен. О созревшем запросе на «образ будущего» все активнее говорит ВЦИОМ. Описание образа будущего станет ядром предвыборной повестки партий в этом сезоне. А еще очень хорошо, что журнал «Государство» и его редактор Андрей Полосин осуществляют вполне успешный опыт внутривластной рефлексии. https://t.me/clubrf/42811

«Клуб регионов» сегодня объясняет, как авторитетный социальный архитектор Вячеслав Викторович Володин конструирует новую генерацию депутатов Госдумы - депутатов «володинского призыва». Ответственных и лишенных желания пиариться, потому что «лучший пиар - это доверие начальства»: «Налицо и попытка трансформировать видимый широкой публике образ народного избранника: депутат российского парламента больше не засовывает в рот пластиковые стаканчики, не играет в игры на телефоне во время заседаний, что вызывало закономерное возмущение у рядового обывателя: «И за это им платят 500 тысяч в месяц?!». Депутат «володинского призыва» всегда собран, опрятен, дисциплинирован, он защищает интересы государства, а то, что появляется о нем в паблике, не вызывает у обывателя никаких вопросов о том, «зачем нам вообще нужна Госдума»

Свежий анализ экспертов из Академии внешней торговли о проблемах оборота персональных данных в России рисует нам тревожную, но предсказуемую картину: наша цифровая реальность бежит вперед, а регулирование топчется на месте. Что по факту: 1) Наше "согласие" - фикция. Исследователи прямо называют согласие на обработку данных "имитационным документом". Мы массово ставим галочки, не читая, а бизнес собирает всё подряд, используя данные для манипуляций и скрытой ценовой дискриминации. 2) Данные есть власть. Крупные платформы (Сбер, VK, Яндекс и т.д.), накопившие гигантские массивы информации, получают несправедливое преимущество и душат конкурентов. Данные стали ключевым источником рыночной монополии. 3) Регулятор (ФАС) только присматривается к этой проблеме (а по сути, совершенно не понимает, что с этим делать), а бизнес расколот. Крупные игроки (через Ассоциацию больших данных, которую они же и создали) выступают против увязки антимонопольного регулирования с вопросами данных. Средний бизнес и эксперты - за, но кто их слушает. Что из этого следует? 1) Мы - товар (в известном нам смысле, что "люди - новая нефть"). Наши цифровые профили активно используются для того, чтобы предугадать наше поведение и заставить платить больше. 2) Закон 152-ФЗ безнадёжно устарел. Он создавался в эпоху, когда не было ни экосистем, ни поведенческой аналитики такого масштаба. 3) Битва за данные - это новая битва за рынки. Кто владеет данными, тот контролирует цифровую экономику. 4) Политики как обычно плетутся в хвосте бизнеса. Ни сбора, ни тем более анализа больших данных, который сопоставляет потребительское поведение с политическим выбором и формирует элекоральные профили избирателей, нет ни у одной из партий. И, скорее всего, не появится до тех пор, пока они думают, что все-все решается исключительно в высоких кабинетах. Ситуация - классический пример того, как технологический уклад опережает правовой. Государство снова оказалось в роли догоняющего, а бизнес, особенно крупный, пользуется этой правовой неопределённостью для укрепления своего доминирования. Главный парадокс в том, что ужесточение формальных правил (тонны окон с согласиями) только усугубляет проблему, создавая видимость контроля. Очевидно, нужна не формальность, а конкретная прозрачность, понятные правила игры и реальная ответственность за злоупотребления. Особенно цинично звучат призывы крупного бизнеса искать баланс. Баланс между чем? Надо в первую очередь говорить о балансе между возможностью айти-монополистов бесконтрольно обогащаться за счёт наших данных и правом граждан на приватность и справедливые условия. Предложения критиков бесконтрольного сбора и использования БД следующие: пересмотреть институт и формы согласия, запретить ценовую дискриминацию на основе профилей и непременно учитывать объём персональных данных при оценке монопольного положения компаний. Без этого все разговоры о развитии цифровой экономики сущее лицемерие. Иначе в ближайшее десятилетие мы рискуем получить не рынок инноваций, а цифровой феодализм, где мы не граждане, а источник сырья, а у каждой крупной цифровой компании свои крепостные в формате "цифровых профилей".

В Белгороде похоже вскрыли что-то похожее на сетку диверсионных ресурсов, которые скоординированно работали на дестабилизацию ситуации в приграничном регионе. Губернатор Гладков сегодня передал список этих каналов силовикам. Дело очень интересное и следить за ним стоит хотя бы потому, что если докажут, это будет свидетельством работы сетей «спящих агентов», бороться с которыми будет не легче, чем с бандеровским подпольем после Великой Отечественной. https://t.me/clubrf/42785

То есть избирательная кампания в Госдуму в этом году может увеличить доходы участников рекламного рынка на 200 млрд руб. Это кажется невероятным прогнозом, но так как оживления экономики и потребительского рынка не просматривается, то ожидание прибыли рекламистами может быть связано только с расчетами затрат партий на агитацию. Могут ли пять партий потратить 200 млрд только на рекламу? Из официальных фондов, конечно же, нет. Но реально потратят, скорее всего, еще больше, потому что рейтинги сами себя не вырастят. Также совершенно понятно, почему самые большие надежды испытывают владельцы операторов наружной рекламы - они планируют увеличить доходы в 2026 году почти на 50 процентов. https://t.me/breakingtrends/16221

Вышел в свет третий номер журнала «Государство» Президентской академии (РАНХиГС), посвящённый экономике и анализу ключевых вызовов, стоящих перед Россией и миром в эпоху глобальной перестройки и наступления «Эпохи Цифры». Авторы статей номера, среди которых Валерий Фадеев, Андрей Полосин, Алексей Семёнов, Андрей Безруков, Марина Монгуш и другие, фокусируются на вопросах цивилизационного выбора, экономической суверенности и новых подходах к управлению обществом. Материалы призваны преодолеть инерцию мышления «здесь и теперь» или «вчера», а предложить абстрактные, межсистемные рамки для создания долгосрочных архитектур развития. Сборник охватывает три ключевых блока тем: 1️⃣ Кризис знаний, новая метрика общества и социальное проектирование; 2️⃣ Природа денег и критический пересмотр экономической истории; 3️⃣ Технологический суверенитет и конкуренция управленческих моделей. Авторы призывают развивать креативные индустрии (КИ) как основу «экономики смыслов» и носители культурного кода, опираясь на традиционные духовно-нравственные ценности. А сам «креативный класс» рассматривается как новый партнёр государства и архитектор будущих ценностных моделей. Приятного вам чтения! @profnazarov #Государство #экономика #КреативныеИндустрии

Сегодня все обсуждают вброс через РБК о первой пятерке «Единой России». И я бы обратил внимание даже не на персональный состав, и Медведева и Лаврова обсуждают не первый день, а на социальные пропорции и тот месседж, который ЕР транслирует через лидеров партийного списка. Два чиновника (Лавров и Медведев), ожидаемо и логично одна женщина-врач (Марьяна Лысенко) и два представителя СВО, на это всегда обращает внимание президент (Герои России журналист Поддубный и легендарный боец «Струна», ныне начальник штаба «Юнармии» Головин). Это и есть баланс партии власти - известные чиновники, априори уважаемые бюджетники (женщина и врач - это проверенное идеальное сочетание для выборов) и герои настоящего времени. Если обобщить, то идеология ЕР на этих выборах, выраженная в первой пятерке звучит приблизительно так: преданность государству - забота о людях - мужество в защите Родины. https://www.rbc.ru/politics/19/01/2026/696cfaca9a7947d68ec3dacb?from=from_main_5

К предыдущей теме - Максим Жаров обращает внимание, что Трамп собирает «долларовый бассейн» в миллиард долларов для промежуточных выборов в палату представителей (нижнюю палату Конгресса США) в ноябре. Погоня за выборными фондами и рейтингом - вот что определяет сейчас (да и всегда) риторику Трампа. https://t.me/plutovstvo007/4781

О Трампе и его мотивах. Если бы мы больше интересовались мнением настоящих историков-американистов, таких как, например, Иван Курилла, а не признавали их иноагентами по неясным основаниям, то нам бы рассказали, что вся американская внешняя политика является неотъемлемой частью внутренней политики. В этом заключается принципиальная разница между российской внешней политикой и американской. Мы занимаемся внешней политикой, чтобы налаживать отношения с "партнерами", нравиться им, становиться частью "мирового сообщества", иногда торговать, но чаще всего наша внешка - это чисто амбиции. В СССР мы покупали на внешнеполитическом рынке идеологическую солидарность, сейчас платим просто за уважение. А так как американцы устроены чуть более прагматично, то у любого их президента две задачи - готовиться к следующим выборам (цикл в четыре года не дает расслабиться, в отличие от тех стран, где впереди только вечность), и вторая задача - подготовить спонсоров к этим следующим выборам. По первой задаче, электоральной, борьба всегда идет за несколько процентов голосов избирателей, которые конвертируются в голоса выборщиков от штатов. В 2024-м Трамп обещал им "Сделать Америку снова великой" и теперь нужно выполнять обещания или создавать иллюзию их выполнения - дарить американцам ощущения роста величия, чтобы окончательно не растерять рейтинг, который сейчас у Трампа находится на самой низкой отметке с момента его избрания на второй срок - 38 процентов. Антирейтинг - 56. Разница, так называемый "чистый рейтинг", - минус 18 процентов (перед уходом Трампа в конце первого срока разница была минус 20 процентов). Поэтому сейчас Трамп использует классический американский прием: для спасения рейтинга развязывает маленькие победоносные войны, венесуэлами, иранами и гренландиями отвлекая внимание избирателей от экономики и социалки. По второй части уравнения нужно раздать контракты партнерам и членам семьи. Это тоже все правда, а не только пропаганда либеральных американских СМИ, потому что партнеры и члены семьи - это та грибница, которая обеспечит поддержку сенаторов и конгрессменов, губернаторов, владельцев медиа, церкви, общин и профсоюзов, спонсоров. Казалось бы, зачем это Трампу, у которого второй срок уже на середине, а третьего согласно 22-й поправке не будет. В нашей поп-политологии укоренилось простое объяснение, что Трамп эгоманьяк, нарцисс и наполеон, поэтому просто собирает все награды этого мира, как будто он амбициозный сын какого-нибудь главы региона. Но, думается, все чуть сложнее. Стратегия Трампа максимально заточена на внутреннее применение: только создав видимость мега-ресурсности (MAGA-ресурсности), Трамп сможет спасти себя от превращения в "хромую утку". План спасения обойдется миру недешево. P.S. Настоящие ученые американисты объяснили бы более компетентно, но у нас с ними как-то незадалось.

Кажется мы постепенно подбираемся к мысли, что на вершине мира оказался не просто веселый фрик, а самый настоящий опасный сумасшедший. Джокер, который думает, что он Бэтмен. Предыдущие два недавних варианта - Наполеон и Гитлер - стоили миру очень дорого. И если так, то хорошо бы понять, этот любитель нефти и северных островов действительно может превратить мир в кровавую баню или это просто его способ самопрезентации.

Вот еще одно подтверждение того, о чем говорилось в посте выше. Теперь он хочет строить САМЫЙ ДОРОГОЙ и САМЫЙ БОЛЬШОЙ линкор в мире

Природа фиксации Трампа на символах побед кажется более чем очевидной - если женщины, то призовые, если здания, то самые высокие, если телефоны, то из золота, если медали - то Нобелевские. А это значит, что для ускорения договора по Украине было бы полезно учредить силами СНГ (до сих пор же мы зачем-то сохраняем СНГ) сделать какую-то медаль типа «Миротворцу всех времен и народов» и обещать подарить ее Трампу. Как вариант - смастерить «Ключи от Донбасса». Конкретный артефакт здесь и не важен. Просто нужно, чтобы это что-то было самым-самым в мире. Исторического масштаба. Это только кажется шуткой. Психические отклонения политических лидеров - вот что на самом деле движет Историю. А на примере венесуэльской Мачадо мы видим, что этот прием манипуляции Трампом начинают использовать. И что-то подсказывает, что скоро с подарком такого рода мы увидим в Белом доме Зеленского. https://t.me/alexander_kynev/18493

Феномен губернатора Белгородской области Вячеслава Владимировича Гладкова, которого сегодня поздравляют с 57-м днем рождения, не в том, что он оказался в нужное время в нужном месте и справился с задачей, как думают многие и я с этим согласен. Но дело здесь в другом. С задачей-то он, конечно, справился, что, учитывая обстоятельства, в 2022-м было совсем не очевидно. И благодаря то ли его таланту, то ли везению, Белгородская область пережила шок и научилась жить под огнем. Феномен Гладкова в том, что он классический «человек, который красит место». Перефразируя Столыпина, дайте нам 20 Гладковых и вы не узнаете Россию.

Наблюдаю интересную дискуссию между коллегами о том, почему сегодня при сопоставимых исходных данных одним губернаторам удается развивать свои регионы, а другие территории в лучшем случае выживают. Если коротко, причина в одном тонком, но очень важном нюансе: одни губернаторы пытаются создать подушку безопасности на черный день, другие на этом не останавливаются и стараются накопить инерцию для того, чтобы перескочить тяжелые периоды. При всей схожести стратегий (и там и там внешне это выглядит как успешное создание ресурсов), результаты принципиально разные. Теперь более подробно. Уважаемый Алексей Ярошенко, комментируя ситуацию на Ставрополье, которое по всем объективным метрикам входит в группу одних из самых успешных регионов, объяснил это запасом прочности, который губернатор Владимиров заложил еще в докризисный период. Не менее уважаемый Павел Склянчук на это возразил, что губернатор Владимиров не просто создал стабфонд, а заранее построил базу для мощного рывка, и этот задел позволяет Ставропольскому краю двигаться вперед там, где другие стоят на месте. От себя на всякий случай напомню, что регионы вместе с российской экономикой начали получать удар за ударом не в 2022 году, когда цветение международных санкций наложилось на массовый исход иностранных инвесторов, а еще раньше – в ковидную эпоху. Уже в 2021 году мы (государство и граждане) стали тратить запасы тучных нулевых. Так что, к 2022 году многие регионы, не рассчитывавшие на затяжной кризис, уже подошли, что называется, с нулевым балансом. Склянчук пишет: «В нынешних быстро меняющихся реалиях экономики надо быстро бежать вперед, чтобы иногда где-то просто оставаться на месте». Я бы сказал, что губернаторам, которые готовили свои регионы к забегу вперед далеко и надолго, даже сейчас хватает сил двигаться, пусть и пришлось перейти с бега на спортивную ходьбу. Это правило универсально и подходит не только к экономике. Например, если губернатор хочет побороть отток жителей из региона – он должен не останавливать уезжающих, а создать условия для привлечения новых людей, а если он хочет создать тысячу рабочих мест – то усилий нужно приложить как на 10 тысяч. К счастью для всех нас и министра Силуанова, Ставрополье – не единственный регион, кто так может.

К дискуссии о том, возглавит ли Дмитрий Медведев список «Единой России» на выборах в Госдуму. ВЦИОМ в декабре давал уровень доверия Медведеву в 42,5 процента (Путин 80, Мишустин 60, Зюганов 35). Так что в этой части все в порядке. Что касается идеологических моментов, то яростное антизападничество Дмитрия Анатольевича тоже добавит энергии риторике партии власти. Вдохнет жизни в общий чиновничий вайб партии. https://wciom.ru/ratings/doverie-politikam/page