La Grazia — самый, на моей памяти, выверенный, отзеркаленный фильм Соррентино, триумф дисциплины и самоконтроля. Лев Данилкин сравнивал «Предчувствие конца» с бильярдом: несколько запущенных Барнсом шаров скользят по сукну, бьются об борты и друг об друга и падают в конце концов в нужные лузы; вот здесь у пожизненного сенатора европейского кино получилось что-то подобное; эчелленте. заметен, другими словами, контраст с барочностью, патологичностью «Партенопы» — и в то же время что-то подсказывает, что неаполитанская «Ада» дольше задержится в памяти; уже задержалась.