Да, Сковорода

«Встал Андрей. Варит кофе нам и себе (конечно). Вот такие дела. Приехал завтрак: перловка (я так понимаю, с ужина осталась, и сегодня разогрели)» «К нам подселили третьего. 29 лет, зовут Макс. Вещей у него куча, тоже теплолюбивый. Он из Коломны. Еды нам принес (чай, печенье)» «Сейчас выпью свой американо с кусочком шоколадки. Погода вроде безоблачная» «Буду кушать свою кашу. Я очень доволен, что ты ходила в салон Toyota, пробуй покататься, смотри, что да как. Приеду — купим» Такие спокойные дневники, день ото дня повторяется быт, мысли о делах и о родных, от этих записей веет каким-то домашним уютом. Если не думать о том, что и автор, и все упомянутые люди сейчас в московском СИЗО-3 и проведут в этом зарешеченном уюте еще дюжину лет: 1) автор дневников — 61-летний Олег Варюхин. Живший в Украине бизнесмен, чья госизмена — уплата там налогов 2) Теплолюбивый Макс — 29-летний художник их Коломны. Пытали током, судили за поджог релейного шкафа, недавно дали 19 лет 3) Андрей, который варит кофе — 61-летний украинец Андрей Пирогов, все стандартно: жил в Подольске, карусельные аресты, обвинения в шпионаже В той же камере сейчас мог пить американо с шоколадкой Саша — 52-летний художник‑постановщик Александр Кондратов, он был в том же СИЗО, тоже с госизменой, пересекался с Варюхиным. Но не выпьет: он умер в тюремной больнице. А дневники Варюхина вы почитайте: https://zona.media/article/2026/11/02/diary