Басманный район для меня, как гостя столицы, скорее адресный пунктир — Артплей и Винзавод, куда я когда-то ходила на показы и открытия, и пара кофеен в районе Бауманской. Поэтому колонка Дарьи Беляковой про его развитие читается как ликбез — и со стороны очень хорошо видно, что речь идёт не про точечное благоустройство, а про работу с целым районом как со средой. Перепрограммирование старой индустриалки под креативные кластеры — это знакомый европейский сюжет: парижский 13-й аррондисман с Station F, антверпенский Eilandje (где я когда-то работала в студии A.F. Vandevorst — бывший портовый район, ставший арт-кварталом), Tate Modern в здании электростанции. Везде логика одна: индустриальная архитектура XX века оказалась настолько гибкой, что её проще адаптировать, чем сносить, и она держит район как смысловой каркас, пока вокруг достраивается всё остальное — кампусы, набережные, жильё. Чего часто не хватает в подобных проектах — это связности между слоями: чтобы кампус, набережная и креативный кластер читались как одна история, а не три отдельные программы рядом. Судя по посту в канале Градостроительного комплекса Москвы — здесь как раз пытаются сшивать слои через пешеходные маршруты и сетку кварталов, и это самая сложная и самая важная часть работы. По ней потом и будет видно, удалось или нет.