shoes&drinks

Я читаю новости

Ошиблась — впервые! Никогда бы не подумала, что жюри во главе с Шеменой Камали выберет победительницей Иерского фестиваля Юи Чен с её невероятной, но совершенно оторванной от реальности и некоммерческой коллекцией. Я голосовала за неё и надеялась, что она получит приз публики, но нет! Получила гран-при!

Ловлю себя на мысли «вот наступит отпуск, и тогда заживу интереснее» примерно раз в неделю, особенно когда в командировке забываю, что в отеле вообще-то есть джакузи) А потом вспоминаю, что всё самое интересное в моей жизни начиналось с насмотренности. Половина мудбордов — это музеи, а любой показ читается как ребус, если знаешь, откуда что взялось: от Mondrian на платьях Yves Saint Laurent 1965 года до Возрождения у Алессандро Микеле. Об этом 21 октября в 19:00 лекторий «Синхронизация» проводит бесплатный онлайн-мастер-класс «Искусство меняет жизнь: как наполнить путешествия, досуг и повседневность новыми смыслами». Историк искусства Ольга Чуворкина расскажет, как находить интересное за пределами туристических маршрутов, замечать отсылки в кино и превращать обычную прогулку по своему району в маленькое исследование. После мастер-класса дают карточку художника: их можно собирать и обменивать на секретные подарки) Успевайте зарегистрироваться по ссылке!

Вышла с предпоказа конкурсных коллекций финалистов Иерского фестиваля моды для прессы и спонсоров: запоминаем имя будущей (уверена) победительницы — Софии Кастейон. Она работает с трикотажем и рассказывает через него о своих мексиканских и американских корнях, уже работает в Alaïa, а в её наряде уже появлялась Хейли Бибер в съёмке ICE.

Если сегодня два «ухода», то завтра жди назначений: пятница — горячее время для анонсов)

Вероника Леони уходит с поста креативного директора Calvin Klein. Говорят, на ее место собеседовался Дарио Витале — но как известно, выбрал Armani.

Смотрю на новую съёмку ZARINA и не могу решить, что это: «Спящая красавица» или кино из 90-х. Заснеженный сад, розы на кованых воротах, лабиринт из живой изгороди: кажется, что принцесса проспала здесь лет сто и только что проснулась. А потом Алеся Кафельникова оборачивается через плечо в розовом твидовом жакете с пушистыми манжетами, и я уже в 90-х: у моих любимых героинь тех фильмов был ровно такой костюм, и я страшно о нём мечтала. Небо тогда было голубее, а солнце светило ярче, но костюм, думаю, мне точно нужен и в 2026-м. Вижу, что коллекция уже в продаже, так что себе забираю костюм❤️А кем быть этой зимой, спящей красавицей или модной деловой девушкой из ромкома 90-х, — выбирайте сами)

Я уже писала о бренде Наташи Брянцевой Low Season: я была одной из первых, кто купил оранжевый комплект. Он, конечно, классный, но Наташа подарила мне double layer bra (пользуюсь дружескими условиями: один покупаешь, второй дарят), и это просто разъёб невероятно. Он сидит так, что, если честно, ничего не хочется надевать сверху. Придется поверить мне на слово, потому что я пока не готова постить фотографии в нижнем белье онлайн: всем срочно надо! Давайте просить в комментариях следующие штуки: больше цветов в обеих моделях и хлопковые трусы в наборах по три штуки)

Такое время, что за дьюпы которыми хвастаются в соцсетях не ругаешь, а спрашиваешь, где купила: делюсь находкой на Etsy, которые подозрительно похожи на серьги Chanel из первой коллекции Матье Блази. Те же перья, только за 100€ — мастерица может сделать любого цвета на заказ ♥️

Не подборка, но классная находка) «Армянскую бумагу» видели, кажется, все: книжечки Papier d’Arménie за 5 евро, которые с 1885 года делают в Монруже. Их придумал Огюст Понсо: он увидел, как армяне окуривают дома бензойной смолой, и вместе с фармацевтом Анри Ривье пропитал ею промокашку. Отрываешь полоску, складываешь гармошкой, поджигаешь, задуваешь, и она тлеет. А я нашла красивую армянскую бумагу: Oriza L. Legrand основал в 1720 году Фаржон, парфюмер двора Людовика XV. Его ароматы любила Мария-Антуанетта, позже дом поставлял их русскому и английскому дворам. В войну дом закрылся, в 2012-м его возродили, а бумаги для курения у них по дизайнам, зарегистрированным ещё в 1886-м: Papier Indien, Rêve d’Ossian, Un air d’Apothéose. Бумажки для тления продаются наборами по 60 штук, доставка по всему миру, а упаковка — ну очень достойная. Бренд предлагает писать на бумаге секретные письма, а потом сжигать их, чтобы комната окуталась ароматным дымом с секретами: у меня всё гораздо прозаичнее, но чьи имена я бы хотела написать на бумажке и сжечь, я вам не скажу)

Дела в Balenciaga настолько плохи, что среди дизайнеров есть ребята, которые хотят уйти «в никуда»: без оффера в другой бренд и без пособия по безработице (чтобы его получить, есть определенные критерии и условия). В 2026 году уйти с постоянного контракта — это не просто смело, это сами знаете как смело. Давайте думать, кто проклял Kering?

Хочется быть классной девчонкой: вести канал с подборками, делиться мудрыми мыслями, постить всякие путешествия. А не вот это вот всё, когда дел столько, что забываешь, что в твоём командировочном отеле вообще-то есть джакузи на террасе… Я обязательно всем отвечу, успею на все звонки и вообще всё на свете — манифестируем!

+5

Самый классный кейс employer branding, который я видела в этом году, — свадьба в British Vogue. Полли Томас, senior ready-to-wear designer в Ganni, вышла замуж в платье, которое придумала сама: корсет, воротник-хомут, заниженная талия и юбка-баллон с драпировками: кто следит за Ganni, узнает с первой ноты. Фату она сшила за неделю до свадьбы из остатков гипюра Ganni из недавней коллекции, второй образ, для вечеринки, перешила из старого прототипа Ganni. Подружки невесты были в вещах Ganni и с сумками Bou Bag - абсолютными бестеллерами бренда. А ткань для костюма жениху помогала выбрать коллега, fabric developer из Ganni. В статье 47 фотографий, и бренд появляется почти на каждой. В большинстве домов дизайнеры под креативным директором невидимы: имени нигде нет, показывать свою работу в инстаграме нельзя, NDA на всю жизнь. А здесь дизайнер говорит в British Vogue «вещи Ganni, которые я придумала». Ни одна страница «Карьера» на сайте не объяснит лучше, каково работать в этом бренде) И да, я уверена, что Ganni за эту публикацию заплатили. Если так, это лучшие деньги, которые они потратили на пиар в этом сезоне)

Джонатан Андерсон успевает везде: вот новая коллаборация с UGG подъехала. Борюсь с внутренним консьюмеристом — но оранжевые мюли манят..

15 октября на вилле Ноай начинается 41-й фестиваль моды, фотографии и аксессуаров в Иере, где когда-то впервые заметили Viktor & Rolf, Энтони Ваккарелло и Петру Фагерстрём, о которой я недавно писала. Вот кто в этом году в жюри: 🔘Мода: председатель жюри Шемена Камали (Chloé, по крайней мере пока), Софья Неофиту (10 Magazine), Элоди Давид Тубуль (Harper's Bazaar France), Кевин Текинель и Шарль Леве (May Be), Инез ван Ламсверде и Винуд Матадин и прошлогодний победитель Лукас Эмилио Бруннер. 🔘Аксессуары: председатель Сесилие Бансен, Оля Курищук (1 Granary), кастинг-директор Эмма Мателл, Джемма Пинуэва (A Magazine Curated By) и победитель прошлого года Амори Даррас. 🔘 Фотография: председатель Камиль Вивье, Лили Дуайон (Éditions 7L), Лоран Фетис, Сильви Лекалье (Palais Galliera), Георг Рульфес (Concrete Rep) и победительница 2025 года Ноэми Нино. Буду на местах, так что следите за постами: и в который раз повторю, что для нетворка события лучше нет — моды недели прошли, все расслабились, а погода на юге Франции еще позволяет прыгать в бассейн после пары бокалов шампанского 💘 #hyeres

Больше не секрет: Ким Джонс перезапускает собственный бренд. Свой лейбл у него уже был в нулевые, потом он ушёл в Dunhill, Louis Vuitton, Dior Men и Fendi. Обещает DTC-бренд (то есть без традиционной закупочной модели — как и у Фиби Файло), произведённый в основном в Японии и Италии, по «взвешенной» цене и с гардеробом «вне традиционных категорий». Дебют — коллекция осень-зима 2027. Продажи стартуют в середине 2027-го только на kimjones.com, а в октябре откроется первый магазин площадью около 370 квадратных метров в Гонконге. Дальше в планах ещё магазины в Азии и избранные ритейлеры. Есть ли жизнь после LVMH? Похоже, в основном в Азии.

Героиней нового кампейна Loewe x On стала Джоан Джонас. Мне здесь нравится не хайп вокруг «возрастной» модели, а сам посыл: двигаться важно и можно в любом возрасте. И выбор идеальный: Джоан 90 лет, и движение всю жизнь было её главным материалом: она не была профессиональной танцовщицей, но в 60-е попала в нью-йоркскую тусовку Тришы Браун и Ивонн Райнер, где танцем считались и обычные шаги, и бег, и падения: так из этого и вырос её перформанс.

Я работала в трёх домах моды, и во всех трёх и на примерках, и в шоуруме, и перед показами мы пользовались одним и тем же роликом для одежды — из Muji. С тех пор беру только его: обожаю, собирает всё на свете, от ниток до пыли и кошачьей шерсти. А ещё на пробу взяла наклейки для вешалок, чтобы вещи с них не соскальзывали!

Советовала в посте на сабстаке, посоветую и здесь: лучший сувенир из Копенгагена для elevated girl dinners — соусы Noma. Ехать за ними, впрочем, необязательно, всё заказывается онлайн. Noma — ресторан, который Рене Редзепи открыл в Копенгагене в 2003 году. Он, по сути, придумал «новую скандинавскую кухню»: пять раз Noma признавали лучшим рестораном мира по версии World's 50 Best. Все эти годы при ресторане работала лаборатория ферментации, и из неё выросла Noma Projects: гаруму, масла, уксусы и соусы оттуда теперь продают в баночках. Мой фаворит — чили-соус: ложка в пасту, яйца или рамен, и ужин из перед лэптопом уже не такой грустный)

Зашла в Celine и увидела прелестную сумочку с хвостиком: страшно непрактично, но невероятно очаровательно!