Шхуна Ганжа

хоть над фильмом "Майкл" в мире и смеются, мне он показался восхитительным. В нём показана сама природа поп-музыки и проделана фундаментальная режиссерская работа по схватыванию личности Майкла Джексона, непостижимая ни для кого. Из-за сверхточной передачи голосовых особенностей его речи становится понятно, что природа эта по-русски называется "малахольная". В ней нет ни романтизма, ни радости, ни веселья, поскольку малахольный голос и малахольная душа живут в своем мире жирафов, ручных обезьян, удавов и черепах, которые бродят между мягкими игрушками, вешалками с золотыми мундирами, ведрами с поп-корном и контейнерами с мороженым. Юродивой, инфантильной и сумасшедшей такую душу тоже не назовешь, она склонна к особому целеполаганию возраста 2-10 лет, когда движение к реализации желания осуществляется путем амнестических и анамнезистических порывов, чередующих провалы в памяти с припоминанием мимолетного. К концу фильма я узнала этот голос - им Геннадий Хазанов рассказывал монолог студента кулинарного техникума, точно передавая политико-эпистемологический профиль юноши, из которого выпадают осколки каузальностей, странным образом волочащие за собой следы беспричинного пораженчества. Этот тип глухого по отношению к самому себе голоса был предметом пародий в театральных капустниках 70-80-х годов, и он же, усиленный новой микрофонной техникой, стал царить на эстраде и поп-индустрии. Этот голос никогда не доходит до стадии этического, поэтому нельзя обижать Шамана Дронова и всех наследников этой уже мертвой традии: твердость и экстаз, которые можно расслышать в таком голосовом послании, не имеют ничего общего с силой или властью над публикой, - так чистое бытие своей робкой улыбкой пунктиром или дымкой проступает сквозь облачный горизонт коллективных снов