Шхуна Ганжа

веду прямую трансляцию из электрички Москва-Тула: я читаю диссертацию по феноменологии касания и окружена касающимися меня и друг друга людьми. Меня касается чужой розовый куст, который я любезно удерживаю коленями с целью создания в вагоне теплой дружеской атмосферы. Куст принадлежит дачнице из Тарусы, внизу куста объемистый земляной ком, поэтому крупные соцветия не вянут, а благоухают и по цвету в тон моего изумрудного платья с малиновыми цветами, в которое я облачилась ради Изумрудной свадьбы почтенной четы, на которую я и еду. Рядом со мной читает книгу некой Люсинды Райли фыркающая и цокающая языком дама в очках, которая не желает меня касаться и за что-то меня осуждает. Незадолго до этого мы немного уронили на голову фыркающей даме чехол с гитарой, которую не в силах были уложить на багажную полку, для чего мне понадобилось зыркнуть глазами в сторону незнакомых лиц мужского пола и тихо прибавить к своей просьбе нам помочь весьма грубое выражение, которому я научилась у водителей в пробках. Дама в очках застряла на странице, в которой Люсинда Райли описывает неприступную женщину, которая отшивает всех подряд словами "не приближайтесь ко мне!" Героине романа нелегко, ведь она необычайно, по ии-шному хороша собой: у нее гладкая кожа, тонкая талия и развевающиеся на ветру волосы. С другого конца вагона слышатся крики "не трогайте меня!!", переходящие в визг и интерферирующие в виде волн сочувствий и возмущений. Это нетрезвый человек стал касаться кого попало и взывать к здравому смыслу не позволяющих к себе прикасаться. На нетрезвого человека жалуются, за ним приходят и выводят на пустую платформу. Крики стихают, касания становятся незаметными, случайными и неслышными