Шхуна Ганжа

паразитические ясени, которые на самом деле инвазированные из Америки в наши суровые благословенные места наивной эпохой Просвещения клёны, опять оказались сегодня вверх тормашками и лежали на мокром случайном снегу обломками, длинными ветками и целыми деревьями, иногда перегородив улицы, а иногда ничего не перегородив, а просто топорщясь своей жесткой и толстой, но весьма непрочной, корой. На некоторых экземплярах кора ярко-зеленая, изумрудная и мшистая, а те, что вырваны ветром с корнями, показывают, что никаких особенных корней у этих деревьев нет, и что прочность их пребывания в земле, длящаяся десятилетиями, тоже считается случайной и была развенчана первой же серьезной непогодой. Некоторые из их собратьев стоят рядом и не думают падать, сосредоточенно вцепившись в землю своими беспомощными корешками-мочалками. Покрытые нежно-желто-зелеными водянистыми еще пока листьями и дешевыми на вид веселыми серёжками, они лежат и не думают о том, что жизнь их окончена, что скоро их утащут грузовые машины и что затаскивать их в открытые кузовы будут, безжалостно сбивая подвядшие к тому времени веселые сережки с еще новенькими неприлично-клейкими листиками на глазах остальных деревьев. Липкая беспечная податливая нежность весенней растительности под снегом и в лужах веселящихся в последние свои минуты жизни квази-ясеней, стоящих на головах и лежащих в нелепых позах должна сменить короткая майская жара, коггда уже даже не хочется лета, потому что и так тепло, а тепло никогда не кончится сегодня я был скучный писатель Паустовский #tauromaquia