Шхуна Ганжа

вчера на Циферблате, благодаря незабываемой и плотной его атмосфере проходного места и одновременно последнего пристанища, у меня родилось идеальное описание хлебобулочного изделия "бублик" в духе food studies и исторической эпистемологии. - Вот есть пряник, - вещала я своим спутникам, - его текстура устроена таким образом, чтобы погасить все бродильные и плесневелые процессы, соединяя патоку с мукой и яйцами таким образом, чтобы яйца и патока не давали проникать воздуху в частицы муки, склеивая их до такого состояния, что даже после сильного нагревания пряник остается вечно сырым, вечно неуязвимым и вечно съедобным, т.е. представляет собой идеальный сувенир. Кроме того, пряник помечен печатью и тем самым пародирует государство, которое, как напоминал нам Бурдье, поддерживает иллюзию своего всеприсутствия распространением сертифицированных печатей. Когда дарят или вручают пряник, то производят как бы такой микрокосмический акт воспроизводства одаривания от лица власти. А есть противоположность пряника - дрожжевое сдобное тесто, очень нежное, уязвимое, капризное и готовое заплесневеть, засохнуть, раскиснуть и забродить в любой момент. Это все из-за того, что в нем живет воздух, раздувающий его изнутри. А бублик диалектически соединяет в себе признаки пряника и теста, - там есть дрожжи, но когда тесто начинает подниматься, его обваривают кипятком и тем самым лишают этой способности, как бы кастрируют. Бублик только обещает встречу с тестом, но по сути предназначен для рассасывания, поскольку становится одновременно и неуязвимым, и сырым. Но в нем мало сладости и нет яиц, поэтому он не дает сигнала к глотанию. Чтобы проглотить откушенный бублик, надо дать себе команду "глотаю" и проглотить разжеванный бублик. - Таким образом, - заключила я, - бублик является не только диалектическим, но и мистическим изделием кстати, в этот момент говорила не только я, но и другие незнакомые мне люди, а в соседних комнатах пели и что-то кричали, поэтому атмосфера от этого делалась еще более впечатляющей