Шхуна Ганжа

в момент лютого холода, когда ты облачен в нижнюю и верхнюю шапочку, укрыт двумя капюшонами - плотным и тесным войлочным и воздушным толстым синтипоновым, а поверх этого еще обмотан двойным тянучим платком, ты автоматически впадаешь в традиционные ценности. Ты кокон, ты личинка, ты не человек, твоя голова, шея, лицо плотно примотаны и зафиксированы, ты смиренен и несешь свое тело прямо, не вихляясь и никого не разглядывая, твои окоченевшие глаза видят только луну и облака перегретых ТЭЦ на фоне сизого неба. В такой момент никто не может не ощущать себя ребенком - поднеси в замотанному рту ложечку с толчеными таблетками от жара, замешанными на малиновом варенье, они будут проглочены без всякого сопротивления. Жар и холод суть одно и то же, - обжигая внутри и снаружи, они заставляют экономить силы и спасаться неподвижностью бега почти не отрываемых от снежной поверхности ног. Делайте со мной что хотите, но я не согнусь - сгибаться в таком количестве одежды и не получится. Классификация человеческих цивилизаций должна была бы отталкиваться от коэффициента соотношения толщины костей скелета и толщины одежды, и если ее слои толще самих рук и ног, то это уже не одежда, а футляр для тела. Футлярные цивилизации самые традиционные , - можно сказать, не ты надеваешь что-то, а одежда помещает тебя внутрь себя. Эскимосско-чукотский пуэрилизм связан еще и с ограниченностью движения конечностями из-за плотной жесткой одежды, заставляющей в любое движение вовлекаться всему телу, но в виде фигурки с приделанными руками, приклеенной головой и стянутыми ногами. Никогда не любила лыжи, а взрослым они нравились, нравилось им ощущать это неподвижное неуклюжее движение стянутого по рукам и ногам человека, да еще с приделанными к телу лыжинами. Теперь понятно, что это был манифест взрослой жизни: ты стянут, скручен по ногам и рукам, на тебе вериги-лыжи, а всё ж бежишь, двигаешься и не стоишь на месте. Наверное, это называется "преодолевать обстоятельства", - взрослые еще и не на такое способны