Шхуна Ганжа

и вот теперь, когда я всем ответила на их письма и послания, я задаюсь вопросом: а что бы я сказала тому, кому я все-таки по случайности не ответила? Думаю, такой человек должен чувствовать себя ужасно. Во-первых, ему не ответили, а во-вторых, он должен решить, задать ли ему свой вопрос еще раз. С одной стороны, имеется моя инструкция, которую я написала к себе самой, в которой прямо сказано, что если я не ответила, то это ничего не значит и позволяет спросить еще раз то же самое. Но с другой стороны, если я не ответила по более глубоким причинам, то спрашивать меня о том же самом было бы опрометчиво. Так спрашивать меня или не спрашивать еще раз, рискуя поколебать мою уверенность в том, что я всем ответила? Для этого я придумала категорический императив: спрашивай всегда так и столько раз, что если бы весь мир превратился в вопрошающее целое, в нем каждый из спрашивающих соответствовал бы каждому отвечающему. Сидя на стуле как на жердочке и засыпая, я с трудом доставала голову с клювом из-под крыла, ненадолго превращалась в человека и опять проваливалась в сон. Устав бороться, я превратилась в канареечное тело и так, больше не открывая пленочных птичьих век, уселась на провода, натянутые вдоль деревянных опор и тихо подпевала воркованию круглых серых птиц с сизым отливом, расположившейся под крышей старого дачного домика в бесконечном ряду других таких же домов