Шхуна Ганжа

в китайском магазине я как всегда застыла от наплыва чужих слов и образов, но на этот раз мне иначе открылись три изображения: китайский деятель с залысинами на некоторых чипсах, некоторых приправах и некоторых конфетах, человек с китайским добрым лицом на приправе "знаменитая приправа 13 веществ" и фотография китайского юного хлыща на шоколадных с виду культовых китайских печеньях. Если с хлыщом можно было догадаться, что он тик-ток звезда, сериальный кумир или подростковый инфлюенсер, то человек с залысинами был в возрасте, во фрейме члена политбюро и с истуканской просветленностью во взгляде. А что если я подумала сейчас незаконную мысль? - подумала я, - и об этом достойном человеке нельзя так думать? Вдруг это его оскорбит? Вдруг в этом есть признаки невольного сарказма или дискредитации? Но кто же он, этот человек с залысинами на пачках? У китайцев-магазинных работников не спросишь - они по-китайски сердиты, хитры, но от того, что их хитрость никуда не приложишь, равнодушны, зевают, развлекаются или злятся. А что если мысли мои прочитаны и распознано мое недостаточное почтение к человеку с залысинами? Информация об электрической активности моего мозга уже поступила куда надо и расшифрована, участь моя решена, я подумала не то и не так. Ведь где слова, там и вещи, а где вещи, там и мысли. И так ходят они по кругу от китайских уксусов к китайским сумкам, а от них - к проводкам, носкам и крахмальным желе, и не укрыться от них, и за ними следят внимательные глаза достойнейших людей, которых ни в какой цивилизации нельзя обижать ни словом, ни мыслью