🇸🇩🇾🇪 Игорь Димитриев верно отметил, что прежде фронт в Йемене держался на силах, которые оплачивали ОАЭ. Но тут нужно уточнить, что фронт долгое время держался именно на подразделениях из Судана. Некоторые из них оплачивались ОАЭ, некоторые Саудовской Аравией. Стремительное наступление «Ансар Аллах» (хуситов) в сентябре 2026 года, в ходе которого они взяли под контроль стратегический порт Моха, пролив Баб-эль-Мандеб и прилегающие острова, наглядно это доказало. Текущие военные успехи хуситов напрямую связаны с тем, что на фронте больше нет суданских войск. Оказалось, что без суданцев воевать на земле против «Ансар Аллах» попросту некому, поскольку ополчение местных племен Южного Йемена демонстрирует крайне низкую боеспособность, неспособность к координации и нежелание нести тяжелые потери. Фундамент для этого присутствия был заложен в 2015 году, когда тогдашний президент Судана Омар аль-Башир совершил крайне неожиданный и резкий геополитический разворот. До этого Хартум десятилетиями поддерживал тесные союзнические и стратегические отношения с Ираном, который помогал суданскому режиму оружием и технологиями. Однако, оказавшись в тисках тяжелейшего экономического кризиса и международных санкций, Башир отвернулся от Ирана и внезапно поддержал Саудовскую Аравию и Эмираты. Этот шаг шокировал многих наблюдателей, но мотив Башира был прагматичен: в обмен на разрыв с Тегераном и отправку суданских солдат «на убой» в Йемен, богатые монархии Персидского залива пообещали Хартуму миллиарды долларов прямых инвестиций и финансовой помощи. В то время как другие региональные лоялисты, вроде Египта и Пакистана, наотрез отказались посылать своих солдат в йеменское пекло, Судан предоставил коалиции огромную сухопутную армию — от 15 000 до 30 000 человек на пике конфликта. Эти силы были четко разделены между спонсорами. Саудовская Аравия оплачивала регулярные части ВС Судана, которые были развернуты на сложнейшем горном участке саудовско-йеменской границы (в провинциях Наджран, Джизан и Асир), защищая королевство от прорывов отрядов «Ансар Аллах». В свою очередь, ОАЭ финансировали и координировали паравоенные подразделения RSF («Силы быстрой поддержки») под командованием Хемедти. Эти закаленные в Дарфуре части использовались Абу-Даби как главная ударная сила на самых опасных внутренних фронтах Йемена именно они штурмовали порт Ходейда, вели изнурительные бои в Таизе и обеспечивали контроль над южным побережьем. Для монархий Персидского залива, обладавших превосходством в воздухе, но избегавших отправки собственной пехоты, суданцы стали идеальным решением. Суданские подразделения выполняли роль основного сухопутного «щита». Они месяцами удерживали позиции в ущельях и пустынях, принимая на себя основной удар партизанской тактики, засад и минных полей «Ансар Аллах». Цена этого контракта для Судана оказалась колоссальной: потери суданцев за годы активных боев превысили 8 000 человек убитыми и ранеными. После падения режима Башира в 2019 году и на фоне вспыхнувшей позже внутрисуданской гражданской войны Хартум окончательно свернул свое участие в йеменском конфликте, оставив Южный Йемен без щита.