Kirill Semenov

Действительно, как пишет Игорь Димитриев, «держава Само» не может считаться отправной точкой самостоятельной славянской государственности. Её эфемерность, зависимость от личности вождя-чужеземца и мгновенный распад после его смерти, лишь подтверждают этот тезис. Гораздо более глубокое объяснение предлагает концепция Флорина Курты, изложенная в его работе "The Making of the Slavs". Согласно Курте, подлинным катализатором, который структурно преобразовал славянские общества и вывел их на политическую арену, стал не франкский купец, а Аварский каганат. Курта предлагает отказаться от устаревшей миграционной модели, согласно которой славяне были уже готовым народом, пришедшим со своей «прародины». Вместо этого он рассматривает славянскую идентичность как продукт специфических исторических обстоятельств, сложившихся на дунайской границе с Византией в VI-VII веках. Авары сыграли в этом процессе решающую роль, создав мощное «социальное магнитное поле», которое переорганизовало весь варварский мир к северу от Дуная. Появление каганата в Паннонии привело к нескольким ключевым последствиям. Во-первых, авары, подавив местные германские и иные племенные объединения, создали обширную «буферную зону» между своими кочевыми владениями и Византией. Именно в эту зону стекались разнородные этнические группы, вынужденные искать новые формы солидарности перед лицом новой верховной власти. Во-вторых, постоянный военно-политический пресс со стороны каганата заставил разрозненные общины вырабатывать более сложные формы организации для эффективного взаимодействия с аварами – будь то для участия в походах или организации сопротивления, что и стало катализатором этого самого «making» славян. Таким образом, восстание славян и приглашение Само, описанное в хронике Фредегара, было не началом самостоятельного пути, а кульминацией того самого процесса консолидации, который был запущен и поддержан аварами. Само стал лишь временным управленческим решением для уже политически структурированной аварским влиянием социальной среды. Его государство было эпизодом, тогда как сам механизм политизации, запущенный аварами, оказался устойчивым. Именно эта глубинная трансформация, а не кратковременный союз Само, заложила фундамент для будущих славянских княжеств, которые возникли на основе той самой новой политической идентичности, сформированной в «котле» Аварского каганата.