Ранней весною в Москве, когда на крышах тает снег и сохнут мостовые, когда солнце весело освещает лица и желтые тулупы торговцев на Грибном рынке, когда синие тени ложатся на мостовую от возов с бочками, от крестьянских лохматых лошаденок, приехавших из деревни со всякой снедью, грибами, капустой, курами, яйцами, рыбой — любил я смотреть на рынке пеструю толпу простых деревенских людей. И всегда мне хотелось весной поехать к ним, в деревню, где голубая даль, где распустилась верба, куда прилетели жаворонки. Как хорошо, как вольно там. Уж мчат ручьи, весело и вольно шумя, блестящие воды. Далекие утренние зори полны зачарованной радости. Яркой красою разливаются зори над далекими лесами, перед восходом святого солнца… Во Всемирный день писателя делюсь цитатой из очерка… художника Константина Коровина, чьему блестящему слогу многие из тех, кто называет себя писателями, могут только позавидовать. Свои силы в литературе он пробовал еще до отъезда из России (1922). Вместе с ближайшим другом Федором Шаляпиным они делали шуточный журнал «Для себя». Впоследствии Константин Алексеевич посвятил Федору Ивановичу очерки «Как мы начинали» и «Причуды Шаляпина», увидевшие свет в газете «Заря» в 1914 году. Однако наиболее отчетливо писательский талант Коровина проявился уже в эмиграции. Его зарисовки публиковались в парижских русских газетах и журналах (в основном в «Возрождении» и «Иллюстрированной России»), и, по воспоминаниям того же Шаляпина, это были настоящие шедевры. При этом художник, которому тогда было уже за семьдесят, абсолютно не стеснялся учиться писательскому ремеслу. Он приходил в редакцию, показывал принесенное, внимательно выслушивал замечания и сразу садился за правки. Долгое время с публикациями литературного наследия Коровина не складывалось. Его воспоминания пролежали на полке 35 лет, прежде чем появиться на страницах нью-йоркской газеты «Новое русское слово». Однако, в отличие от других русских изгнанников, замечательная коровинская проза дошла до русских читателей еще в глубоко советские времена, — благодаря литературному критику Илье Зильберштейну и искусствоведу Владимиру Самкову, которые в 1971 году умудрились сквозь все препоны цензуры выпустить большой сборник «Константин Коровин вспоминает». Чуть позже московское издательство «Русский путь» выпустило два огромных тома «Константин Коровин: То было давно…там, в России», куда вошли воспоминания «Моя жизнь», многочисленные рассказы и очерки, более десяти лет выходившие в Париже в русских газетах, книга о Шаляпине. А также письма Коровина, ныне хранящиеся в Отделе рукописей Третьяковской галереи. Даже среди всего многообразия уникальных изданий, выходящих сегодня в России, эти два тома Коровина — уникальное событие. Сотни страниц прекрасной русской прозы, написанной одним из величайших мастеров русской культуры. А кто ваш любимый писатель? #Интересное