125 лет назад в Московском Художественном театре состоялась премьера «Трех сестер» Антона Чехова. Новую чеховскую постановку ждали с нетерпением, — сказался успех любимых театралами «Чайки» и «Дяди Вани». На следующий день в газете «Новости дня» вышла заметка, в которой сообщалось, что «публика следила за спектаклем с напряженным вниманием», а исполнительница роли Маши Ольга Книппер телеграфировала Чехову: «Grand succès embrasse mon bien aimè» («Большой успех, обнимаю моего дорогого»). Тем не менее, успех «Сестер», которого ждал сам Антон Павлович, нарастал постепенно, сопровождаясь ожесточенной полемикой в прессе и противоречивыми отзывами критиков. Одни называли пьесу «талантливой и сильной вещью», которая «составляет богатый вклад в драматическую литературу». Другие — что «чеховский пессимизм, по-видимому, достиг своего зенита», а комедийные эпизоды «пришиты белыми нитками и производят для общего тона пьесы впечатление диссонанса». Третьи и вовсе не церемонились, отмечая, что герои «Трех сестер» — «ничтожные, вечно ничем не удовлетворенные люди». Закончилось тем, что Чехов, в целом воспринявший критику стоически, шутливо пообещал Книппер больше ничего не писать для театра в стране, где драматургов «лягают копытами» (правда слов своих не сдержал и уже через год начал работать над «Вишневым садом»). Позже Станиславский, на первых порах отмечавший, что от действия к действию аплодисменты становились все тише, вспоминал: «Только через три года после первой постановки публика постепенно оценила все красоты этого изумительного произведения и стала смеяться и затихать там, где этого хотел автор. Каждый акт уже сопровождался триумфом». 🖌️: обложка отдельного издания пьесы за 1901 год с портретами первых исполнительниц в Художественном театре: Маргариты Савицкой (Ольга), Ольги Книппер (Маша) и Марии Андреевой (Ирина)