26 января 1928 года в Париже родился Вадим Игоревич Племянников, вошедший в историю кино под псевдонимом Роже Вадим. Ни фильмографию Вадима, ни его самого нельзя представить без трех муз: Брижит Бардо, Катрин Денев и Джейн Фонды. Бардо он снял в, пожалуй, самом известном своем фильме «И Бог создал женщину». В гражданском браке с Денев родился второй ребенок режиссера Кристиан. Джейн Фонда стала героиней трех фильмов Вадима, включая знаменитую «Барбареллу». В этом браке родилась дочь Ванесса. Ниже публикую фрагменты из мемуаров Роже Вадима под названием «От звезды к звезде», в которых он вспоминает своих женщин. Брижит Бардо Существует убеждение, что это я «создал» Брижит Бардо. Но именно потому, что она еще никем не была «создана», ни общество, ни родители, ни ее профессия не успели оказать воздействие на ее натуру. Она шокировала, обольщала, породила моду и в конце концов превратилась в миф, в секс-символ. Более или менее неприкрытая нагота существовала в кино всегда. Но радостная, дерзкая, безгрешная нагота Брижит не столько волновала, сколько раздражала людей. Чтобы шокировать тартюфов и моралистов, Брижит не требовалось раздеваться. Нет, я не создал Брижит. Я лишь способствовал расцвету ее таланта, помогая освоить профессию и остаться самой собой. Я помог ей избежать склероза запрограммированных норм поведения, которые в любой профессии убивают талант, не позволяя ему идти вперед. Но главным образом я дал ей роль, идеально сочетавшую вымышленный образ с ее собственным характером в жизни. В карьере любой «звезды» всегда внезапно проявляется роль, словно предназначенная для нее. У Брижит это была Жюльетта в «И Бог создал женщину…». К тому времени она уже снялась в шестнадцати фильмах. Семнадцатый сделал ее «звездой». Катрин Денев Однажды, вернувшись домой в конце дня, я застал Катрин складывающей чемодан. – Мне надо уехать, – сказала она. – Я больше так жить не могу. И отказалась сказать, куда едет. Но на другой день из газет я узнал, что она отправилась к Джонни Холлидею, выступавшему с концертами в Лионе или Эвиане. Было ли это так на самом деле – не знаю. 17 декабря она вернулась, казалась счастливой. Ничего не рассказала об этой короткой поездке. А уж если Катрин решила не говорить, из нее нельзя ничего вытянуть. Подчас эта женщина бывает удивительно замкнутой. 20 декабря Ольга Хорстиг (импресарио Брижит Бардо) позвонила мне и предложила вместе поужинать. – Сегодня день рождения одной моей клиентки. Она одна, и я пригласила ее. Ты наверняка знаком с ней. – Кто же это? – Джейн Фонда. Джейн Фонда Зная, что наш разрыв был лишь вопросом времени, я мог бы сам сделать решающий шаг, но медлил. Во-первых, не желал подталкивать Джейн: труднее тому, кто бросает, чем тому, кого бросают. Я не хотел оставить в ней чувство горечи и обиды, в частности из-за Ванессы. Я всегда помнил фразу Генри: «Бросить Фонду невозможно». А еще была более легкомысленная причина: мне было интересно оказаться в центре запутанной и двусмысленной ситуации. Это вносило перемены в рутину любви. И не было лишено приятности. К тому же я был уверен, что она бросает меня не ради другого мужчины. Позднее она скажет: «Вадим умный человек, уважающий людей, но он оказался не готов к тому, что случилось. Он лучше бы понял, если бы его бросила женщина ради другого». Если она так думала, то, значит, я ошибался. Я предпочел бы увидеть ее на политической арене, чем в постели другого мужчины. Это позволило бы мне сохранить лицо. Слова, которые я от нее ждал, она произнесла в отеле «Беверли Уайшир»: – Вадим, нам надо разойтись. Я по-прежнему люблю тебя, но хочу быть свободной.