Перед вами обложка первого номера журнала Vogue от 17 декабря 1892 года. «Общественный еженедельник для состоятельных нью-йоркцев» формата ин-кварто (1/4 бумажного листа) выходил раз в неделю и стоил 10 центов. В 1909 году издание купил предприниматель Конде Монтроз Наст, положивший этим приобретением начало своему издательскому дому Condé Nast Publications. С тех пор Vogue отказался от литературных страниц и полностью переориентировался на моду. После смерти Конде Наста в 1942 году издательством некоторое время управлял лорд Кэмроуз, а в 1959 году его выкупил газетный магнат Сэм Ньюхаус. Так началась «золотая эра» Vogue под руководством главного редактора Дианы Вриланд. До своего прихода туда вращавшаяся в высших кругах Диана четверть века провела в американском Harper’s Bazaar — в то время лучшем глянцевом журнале, — и, кажется, согласилась на работу в Vogue исключительно от досады, что в «Харперсе» ее, несмотря на все старания, так и не повысили до главреда. В итоге фантазерка с непростым характером не просто превратила Vogue в конкурента бывшего работодателя, но и перещеголяла последний. Еще одно имя, которое прочно ассоциируется с Vogue — Анны Винтур. Позицию главреда американской библии моды Анна заняла больше сорока лет назад — и это был не первый ее приход в редакцию: к команде издания Винтур примкнула еще в 1983-м, на правах креативного директора, и, отработав два года, пересекла Атлантику, чтобы возглавить британский Vogue. Говорят, все это было тщательно спланировано: Винтур знала, что только с таким опытом сможет пробиться на высшую должность в US Vogue. Меж тем именно Анна сделала журнал таким, каким мы знаем его сегодня: с ее легкой руки модели на обложках сменились знаменитостями, в тесном сотрудничестве с которыми Винтур увидела большой (в том числе, финансовый) потенциал. Наверное, проще сказать, кто за более чем сотню лет не снимал для Vogue, чем попытаться перечислить всех фотографов, которые сотрудничали с брендом. Даже Ричард Аведон, чье имя годами было связано с Harper’s Bazaar, в итоге примкнул к Vogue, когда туда перешла Диана Вриланд. У каждого локального издания при этом свой набор фотографов. Американский Vogue в последние годы много работал с Марио Тестино, Энни Лейбовиц и Стивеном Кляйном, британский — с Аласдером Маклилланом, Ником Найтом и Патриком Демаршелье, французский — с Дэвидом Симсом, Мертом и Маркусом, Инес и Винудом. Итальянская версия годами полагалась на съемки Стивена Майзела, но сегодня практически полностью обходится без него: над обложками колдуют Крейг Макдин, Вилли Вандерперре и Марио Сорренти. Можно сколько угодно иронизировать над выражением «библия моды», но именно оно лучше всего поясняет положение, которое Vogue занимает в журнальной иерархии и fashion-индустрии. Вражду с изданием могут позволить себе разве что фигуры масштаба Аззедина Алайи, на съемки и интервью соглашаются практически недостижимые для другого глянца знаменитости — будь то герцогиня Кембриджская или Бейонсе. В 21 веке Vogue по-прежнему имеет колоссальное влияние на медиа-пространство, задает вектор моды, красоты и образа жизни и определяет глобальное развитие fashion-индустрии.