1 ноября 1604 года в банкетном зале лондонского Whitehall Palace состоялась премьера постановки трагедии Уильяма Шекспира «Отелло». Драматург написал ее годом ранее, на основе новеллы писателя и теоретика литературы Чинцио Джиральди «Венецианский мавр» из сборника его новелл «Экатоммити». Некоторые исследователи считают также, что, помимо главного героя Джиральди, Шекспир был вдохновлен и несколькими мавританскими делегациями из Магриба, прибывшими в елизаветинскую Англию около 1600 года. Другим возможным источником его вдохновения могла быть «Африка — третья часть света» Льва Африканского. Этот географический трактат имел огромный успех в Европе и был переведен на множество языков, став своего рода основным источником информации по экономике, географии, этнографии, культуре и истории Северной Африки, Сахары и Судана. Кроме того, есть мнение, что драматург мог использовать для работы над пьесой материал из «Содружества и управления Венецией» кардинала Гаспаро Контарини. Самым ранним упоминанием постановки «Отелло» является счет Банкетной службы 1604 года, свидетельствующий, что на «Всех святых, то бишь первого ноября … актеры королевского величества сыграли пьесу в Банкетном доме Белых палат под заглавием „Венетский мавр“ пера Шекспира». И хотя этот счет, впервые опубликованный в 1842 году писателем Питером Каннингемом, стал предметом сомнений в подлинности, в наши дни признано, что он настоящий. С тех давних пор пьеса была множество раз сыграна в театре и кинематографе. В Российской империи ее ставили Александринский, Малый и Московский императорский театры, а также Московское общество искусства и литературы, где роль Отелло исполнил Константин Станиславский. «Отелло» был многократно экранизирован и гениально «переведен» на музыкальный язык Джузеппе Верди и Джоаккино Россини. Отдельного обсуждения удостаивались переводы текста трагедии на русский язык Михаила Лозинского и, в частности, Бориса Пастернака, которого неоднократно «обвиняли» в том, что в его интерпретации Отелло «закалывает» Дездемону (За дверью шум. Жива! Еще жива?/ Я — изувер, но все же милосерден/ И долго мучиться тебе не дам./Так. Так. (Закалывает ее), чего нет в оригинале (Шекспир заканчивает словами So. So. — Так. Так.). Сам же Борис Леонидович, очевидно добавивший ремарку для художественной достоверности текста, писал о своих амбициях переводчика: «Подобно оригиналу, перевод должен производить впечатление жизни, а не словесности». Интересно, что, начиная с XIX века, многие критики рассматривали «Отелло» как произведение, имеющее расовый подтекст. По этой же причине в прошлом столетии «Отелло» стал особенно спорной пьесой в ЮАР эпохи апартеида (1948-1994), где межрасовые браки были запрещены и, соответственно, постановка пьесы не одобрялась. Одним из первых афроамериканцев, сыгравших Отелло в театре, в XX веке стал актер и активист Пол Робсон. Первой крупной киноработой с привлечением чернокожего актера стал фильм Оливера Паркера 1995 года с Лоренсом Фишберном в главной роли. До этого героя как правило изображали белые актеры в гриме или в черной маске: Ральф Ричардсон (1937), Орсон Уэллс (1952), Сергей Бондарчук (1955), Джон Гилгуд (1961), Лоренс Оливье (1964) и Энтони Хопкинс (1981). Последний кассовой постановкой «Отелло» стала недавняя бродвейская премьера с ветеранами Голливуда Дензелом Вашингтоном и Джейком Джилленхолом в главных ролях. До этого спектакль не шел на Бродвее более 40 лет — последние показы состоялись в 1982 году в Winter Garden Theatre. 📷: титульный лист издания «Отелло» 1622 года