Рыба Лоцман

Ну, и мои пять копеек про нобелевку по литературе на Republic. Попыталась рассказать, почему, как мне кажется, вручение премии Энн Карсон очень хорошо для некоторых читателей (для меня, например), но не очень хорошо для премии. А что хорошо для той премии теперь уж и неизвестно - кажется, ничего. 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЮЗЕФОВИЧ ГАЛИНОЙ ЛЕОНИДОВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЮЗЕФОВИЧ ГАЛИНЫ ЛЕОНИДОВНЫ Меняется литература — меняются (или, во всяком случае, должны меняться) и литературные премии. Из конвенционально признанного института наивысшей экспертности по общественно значимому вопросу они неизбежно превращаются в нечто прямо противоположное — в медиа-аттракцион. А медиа-аттракциону, желающему быть успешным, надлежит оперировать категориями не абстрактного высоколобого качества и художественной новизны, но узнаваемости. Чтобы те, кому в принципе интересна Нобелевская премия по литературе, всколыхнулись и выдали эмоциональную реакцию, обладателем золотой медали, миллиона евро, красивого фрака и места в гипотетическом зале славы литературного рок-н-ролла должен стать кто-то, кого они хорошо знают, — Харуки Мураками, Джоан Роулинг, Стивен Кинг, Алан Мур. И вот тогда в самом деле полыхнет общественная полемика, и сотни тысяч голосов примутся обсуждать, άξιος ли, достоин ли лауреат всех свалившихся на него почестей или нет. На протяжении недель блогеры, журналисты и прочие бойцы медийных фронтов будут хвалить и проклинать Нобелевский комитет, а в следующем году с неподдельным интересом ждать его нового решения.