Рыба Лоцман

У меня есть небольшая коллекция любимых историй об авантюристах-выпендрежниках - реальных и вымышленных - почему-то непременно желавших сыграть на контрасте между собственной изысканностью и полнейшей дичью вокруг. Как правило, изысканность выражается либо в щегольстве и манерах (как у Капитана Крюка из повестей о Питере Пэне), либо, чаще, в чтении чего-то максимально не соответствующего окружающей обстановке. 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЮЗЕФОВИЧ ГАЛИНОЙ ЛЕОНИДОВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЮЗЕФОВИЧ ГАЛИНЫ ЛЕОНИДОВНЫ Лоуренс Аравийский, этот чемпион мира по вдохновенной самомифологизации, писал, что во время Арабского восстания коротал долгие дни на спине верблюда, читая Аристофана в оригинале. А теперь вспомним, что в Лоуренсе было 155 см роста в ортопедических ботинках, для чтения Аристофана даже самому виртуозному знатоку древнегреческого необходим словарь Лиддл-Скотта, и вплоть до середины ХХ века словарь этот выпускался только в виде огромного двухтомника - вот и представьте все это на спине верблюда, идущего рысью по Аравийской пустыне. Свеженький выпускник Оксфорда Ким Филби, отправляясь в довольно опасное и не слишком продуманное пешее путешествие по Балканам, набил рюкзак трудами Аристотеля. Николай Степанович Гумилев на вопрос, как ему понравилась Сахара, отвечал, что он ее не заметил, ибо сидел на верблюде и читал Ронсара. Примерно к той же породе принадлежат все эти (боюсь, преимущественно вымышленные) читатели Николая Степановича, возящие его книги в седельной сумке, читающие их в пальмовой роще, забывающие на тонущем корабле, а также носители в походной сумке Тихонова, Сельвинского, Пастернака из стихотворения Багрицкого. Главный герой "Английского пациента" Майкла Ондатже, до глаз умотанный в бинты, в прифронтовом госпитале читает не что-нибудь, а "Историю" Геродота в оригинале, вместе с хозяином пережившую, если мне не изменяет память, десантирование на горящем парашюте и множество других увлекательных приключений. И вот моя коллекция пополнилась. Как вы думаете, что читает, сидя на квартердеке в ожидании очередной возможности проявить свой стратегический военно-морской талант, бесстрашный капитан Питер Блад, герой одноименного романа Рафаэля Сабатини? Зачитанные только что не до дыр "Оды" Горация на латыни, разумеется. И чтоб никто не усомнился в его отличной памяти, после обильно их цитирует перед очевидно не подготовленной к такой утонченности аудиторией. Впрочем, как и капитан Крюк, капитан Блад принарядиться тоже не дурак - черное с серебром, алый плюмаж, завитой парик, вот это все. Ужасно это смешно, и трогательно, и наивно, и банально, и нарциссично, и - что ни делай - неотразимо привлекательно. Ничего не могу с собой поделать, люблю этих ребят с Ронсаром на верблюде - даже если не очень верю в их реальность (уж не говоря о реалистичности).