Рыба Лоцман

Две недели в параллель с другими книгами читала "Ужас в ночи" британского автора эдвардианской эпохи Эдварда Фредерика Бенсона, а потом он вдруг взял и самым предательским образом кончился, оставив меня в состоянии легкого замешательства - как же я теперь? (Окей, не буду интересничать - я просто пошла и купила еще один его вышедший на русском сборник "Колодец желаний", а вместе с ним пару не переводившихся - с божьей помощью Бенсон был автором исключительно продуктивным, и это я еще мягко выразилась). Новеллы, вошедшие в "Ужас в ночи", позиционируют как мистику, а то так даже и хоррор. На самом же деле это такой Вудхауз, только чуть менее смешной, зато с духами, привидениями и темными тайнами науки. Все вошедшие в книгу новеллы собираются в единую разветвленную вселенную британских upper classes: человек, в одном рассказе появляющийся в эпизоде, в другом оказывается протагонистом, в третьем скользит на периферии сюжета, а в четвертом задним числом упоминается в числе умерших при загадочных обстоятельствах. Герои ездят друг к другу в загородные поместья на выходные, охотятся на зайцев (ох, зря они это делают) и ловят лосося в Шотландии, катаются на коньках, ездят на пикники, проводят лето в Италии или Швейцарии, зиму в Египте, а весну в Лондоне. Они возят с собой с места на место камердинеров и дворецких, иногда немного работают (ничего такого - написать пару картин или провести дерзкий научный эксперимент), флиртуют, заключают и разрывают помолвки, сплетничают, устраивают друг другу розыгрыши, жалуются на качество канализации и задержку в доставке газет - словом, ведут жизнь, почти не отличимую от жизни героев Нэнси Митфорд или Ивлина Во. А совсем рядом, за тончайшей кисейной завесой, живет, дышит и ворочается сумрачный мир непознанного. От рассказов Бенсона никогда не становится по-настоящему жутко или неприятно - так, легчайшее ледяное дуновение в области затылка. Я в целом пуглива, как лань, но даже я, ночуя одна в большой и сейчас уже не слишком обжитой квартире, не спешу от греха подальше включить на ночь свет в ванной или кладовке. Призраки в библиотеке, прорастающие в реальность дурные сны, поднимающиеся из неглубоких могил мертвецы, потусторонние шорохи и дурные предзнаменования не ломятся, подобно ужасам Лавкрафта или Лиготти, в четвертую стену - для нас они безопасны. Скорее наоборот, своей накрепко изолированной бездомною стужей они лишь ярче раздувают согревающий нас зыбкий уют и придают надежности жизни, из которой вся надежность, казалось бы, ушла чуть более, чем полностью. Не могу сказать, что все рассказы увесистого (500 страниц) сборника Бенсона хороши одинаково. Есть те, которые и правда очень хороши - например, блестящий рассказ о художнике, который так гармонизировался, сливаясь с природой, что заодно слился ненароком и с ее страшной, хтонической стороной ("Человек, который зашел слишком далеко"). Есть рассказы проходные, есть и вовсе неудачные. Но все вместе они складываются в чтение такой утешительной и поддерживающей силы, что упрекнуть их создателя в недостатке писательского тщания будет поистине черной неблагодарностью. Словом, вы как хотите, а в мои (богатые) читательские планы на ближайшие пару месяцев включен и Эдвард Фредерик Бенсон - на правах, ну, примерно фикуса в кадке. Или старомодных обоев в цветочек.