Книжные итоги года в виде собственно списка самых на мой вкус важных книг я подвела в видео-формате постом выше. Здесь же хотелось бы отметить некоторые тенденции 2025, не сводимые к набору конкретных наименований. Есть среди них и те, которые можно с некоторой осторожностью счесть положительными. Есть и полный ээээ... Ну, в общем, не очень хорошие тенденции тоже есть, скажем аккуратно. Итак, поехали. 1. Раскопки на антресолях. Издатели все активнее ищут интересные "старинки" - не переводившиеся прежде на русский (или переводившиеся, но не переиздававшиеся) зарубежные книги, уже не защищенные авторским правом. Так, в "Доме историй" вышла в прошлом году Уилла Кэсер (отличная), в "Эксмо" готовятся, наконец, полностью опубликовать тетралогию Форда Мэдокса Форда "Конец парада" (великую), "Подписные издания" совместно с "Яндекс.Книгами" выпустили "Наследников" того же Форда в соавторстве с Конрадом (честно говоря, можно было бы и пропустить), а также "Фолкнера" Мэри Шелли... Список очень длинный - более того, иногда издатели начинают маркетингово "подсвечивать" выход/переиздание/новую подборку старых текстов, которые раньше прошли бы просто рутинно, но теперь позиционируются как важные новинки. О том, как это модифицирует культурные связи и формирует некий новый образ "воображаемого Запада" в актуальных реалиях, говорили не так давно с Александром Бауновым* в его "Бауновкасте". 2. Меньше переводов с английского и скандинавских языков. Тут удивиться сложно: значительная часть правообладателей по-прежнему не работают с Россией, а среди того, что все же можно купить и перевести, поди выбери такое, чтобы без ЛГБТ, чайлдфри, наркотиков и прочего сатанизма. Зато больше переводят с французского, испанского, корейского и китайского, и если раньше эти переводы проходили по разряду экзотики, то сейчас именно они - фактически новый переводной мейнстрим. Из того, что запомнилось лично мне, хотелось бы отметить (в очередной раз) "Игру перспективы" Лорана Бине, "Бешеного" Соржа Шаландона, "Одинокую ласточку" Чжан Лин, "Вы - несчастная любовь фюрера" Жана-Ноэля Оренго, "Томаса Невинсона" Хавьера Мариаса. 3. Появление книжных медиа на бумаге. В уходящем году на бумаге вышли газета "БИЛЛИ", подготовленная Максимом Мамлыгой со товарищи, и журнал "Рембодлер" Дмитрия Горшенина, а также продолжил выходить журнал "12". Слышала, о бумаге думают и в "Смысловой 226". Конечно, два новых кейса, один продолжающийся и один неясный слух еще не тянут на полноценную тенденцию, но хочется отметить, в прежние годы в эту сторону никто даже не смотрел. Не знаю, честно говоря, как интерпретировать эту новацию. Мне в ней чудится какой-то запрос на основательность, окончательность и надежную материальность, которые в условиях текучей, струящейся и поминутно изменчивой сетевой реальности начинают восприниматься как старомодная роскошь. Книги сами по себе объект старомодный, преимущественно бумажный (и отчасти роскошный), поэтому, вероятно, с идеей бумажного медиа сочетаются лучше всего. *иноагент (продолжение - в следующих постах)