Наследие Империи

«Я ВЫШЕЛ РАНО, ДО ЗВЕЗДЫ». – эта пушкинская строчка, я полагаю, задаёт верный тон в жизнеописании протоиерея Вячеслава РЕЗНИКОВА. Ему, замечательному православному просветителю, сегодня исполнилось бы 80 лет. Своё пастырское служение он начал в далёком уже 1981 году. То есть ещё «до звезды» – в нашем случае это празднование 1000-летия Крещения Руси в 1988 году. Принято считать, что с той поры началось второе крещение нашего Отечества. По меткому выражению Сергея Аверинцева в тот год главной новостью в некогда православной стране стало существование Христа. Так вот, восприятие этого невероятного, ошеломляющего события, его поистине судьбоносное значение для измученной грубой атеистической пропагандой советской России, без сомнения, приуготовлялось на протяжении нескольких предшествующих лет. Приуготовлялось пастырями нового поколения и нового склада. Которые, кстати, в отличие от нас не знали, что построенной на богоборческом фундаменте могучей империи отпущено меньше десяти лет. Всего-навсего. Но эти люди, не устрашившись тотального идеологического контроля (для Церкви – особого, сугубого контроля), вышли на проповедь Христа. Среди них был молодой священник Вячеслав Резников. В те годы ему не было ещё и 40 лет. Вчерашний московский интеллигент, выпускник Литературного института, внимательно прочитал Пушкина и… прозрел - обратился к вере и Церкви. Об этом он напишет вскоре замечательную книгу, которая так и называется «На пути к вере». Аз грешный имел счастье знать отца Вячеслава в те годы. К нему тянулись десятки людей, в большинстве своём молодая московская интеллигенция. И он, повторяю, сам довольно ещё молодой человек, за плечами которого не было никакой священнической традиции и даже основательной православной культурной традиции (всё было обрублено и исковеркано) – принял этот вызов опустошения советского человека. И с Божьей помощью вышел на брань… Сегодня, вспоминая в этот памятный день дорогого батюшку, мысленно перебирая в сознании его слова, его мысли, его особые интонации, мне кажется особенно важным упомянуть о его удивительном трезвомыслии. С самых первых дней и потом, в 90-е, на пике восторженного внимания растерянного постсоветского общества к Русской Церкви, отец Вячеслав не уставал сдерживать нашу неофитскую эйфорию. Говорил о том, что после такого разгрома, которому в ХХ веке подверглась Церковь, русская культура и русская жизнь, рассчитывать на скорое уврачевание и оздоровление не приходится. Что впереди ещё много трудов, скорбей и соблазнов. Сам он не переставал неустанно трудиться – до самого своего последнего часа. К нему в Покровскую церковь в Тарасовку по-прежнему приезжали люди, люди разные, много людей. И все со своими вопросами, сомнениями и проблемами. Приехав однажды, приезжали впоследствии вновь и вновь…