7 июня 1927 г. гимназист-эмигрант Борис Коверда стрелял в убийцу Царской семьи Войкова – советского полпреда в Варшаве. «Еще в прошлом году я хотел ехать для борьбы с большевиками в Россию. Я говорил об этом моим друзьям. Не знаю, почему они умолчали об этом здесь перед судом. Но пришло время материальной нужды, и мне не удалось осуществить мой замысел. Но когда мое материальное положение укрепилось, я опять начал думать о борьбе и решил поехать в Россию легально. Я собрал немного денег и приехал в Варшаву, а когда мне было в этом отказано, я решил убить Войкова, представителя международной банды большевиков». Из речи Бориса Коверды на суде. Войков (Вайнер Пинхус) прибыл в Россию в числе ленинских соратников в знаменитом «пломбированном вагоне», был командирован на Урал и стал одним из непосредственных участников убийства Царской семьи 4/17 июля 1918 г., присутствуя при этом, как представитель областного Совдепа, и потом как химик руководил уничтожением тел, обеспечив доставку кислоты. В 1924 году Войков стал советским полпредом в Варшаве. Под новый 1927 год, под влиянием выпитого на вечере с сотрудниками посольства, он рассказал будущему невозвращенцу Беседовскому жуткую историю убийства Царской Семьи в доме Ипатьева. "ЭТО БЫЛА УЖАСНАЯ ИСТОРИЯ,- говорил Войков, держа в руках перстень с рубином, который он снял с одной из жертв после убийства. "МЫ, ВСЕ УЧАСТНИКИ, БЫЛИ ПРЯМО-ТАКИ ПОДАВЛЕНЫ ЭТИМ КОШМАРОМ. ДАЖЕ ЮРОВСКИЙ - И ТОТ ПОД КОНЕЦ НЕ ВЫТЕРПЕЛ И СКАЗАЛ, ЧТО ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО ТАКИХ ДНЕЙ, И ОН СОШЕЛ БЫ С УМА"... К моменту Октябрьской революции и начала Гражданской войны Борису Коверде было всего 10 лет. Родом он был из Вильно, сын учителя народной школы из крестьян. В годы Первой Мировой в связи с наступлением немцев его семью эвакуировали в Самару. Несмотря на совсем юный возраст Коверда стал свидетелем страшного красного террора времён Гражданской войны. Его двоюродного брата убили большевики, а священника, бывшего близким другом семьи, расстреляли прямо на глазах у 11-летнего Бориса. Поэтому совсем не удивительно, что светлых чувств к советской власти он не испытывал. Строго говоря, эмигрантом Коверда не был, он просто вернулся домой в разгар Гражданской войны, но Вильно в скором времени оказался в составе Польши, так он и стал невольным эмигрантом. В Польше Коверда вёл неприметную жизнь, работал корректором в скромной газете, издававшейся на белорусском языке, а также пытался учиться в местной русской гимназии, но незадолго до убийства был исключён из-за невозможности оплачивать учёбу. "По словам педагогов вил. русской гимназии, Коверда производил впечатление очень интеллигентного, скромного, немного робкого, замкнутого и малообщительного юноши. Был очень деликатен в отношении к членам администрации, педагогам и товарищам. Никаких, даже обыкновенных ученических провинностей, за ним не наблюдалось. В гимназии отличался хорошими способностями, но необходимость постоянного заработка отвлекала его от занятий, не позволяла ему быть в числе лучших учеников. В школьной общественной жизни участия не принимал. И вообще, по словам педагогов, Коверда не проявлял особенного интереса к общественно-политическим вопросам и стоял в стороне от русской общественно-политич. жизни". После исключения Коверда начал задумываться о том, чтобы вернуться в Россию, легально или нелегально, и завязать знакомство с антибольшевистски настроенными кругами, чтобы примкнуть к их борьбе. Однако сделать этого он не сумел и решил отомстить по-своему — убить кого-то из высокопоставленных советских работников в Польше. Вместе с редактором газеты А.Павлюкевичем и белогвардейским казачьим есаулом М.Яковлевым подготовил покушение на полпреда СССР в Польше Войкова, которое должно было стать актом возмездия за участие Войкова в подготовке расстрела царской семьи и вообще за красный террор. Продолжение в комментариях ⬇️