Наследие Империи

⬇️ Эмиграция восприняла сенсационное известие об отъезде писателя и его жены в СССР как тайную чекистскую спецоперацию по вывозу уже слабо соображающего старика. Так оно во многом и было. В целом реакцию эмиграции на возвращение Куприна достаточно точно отразили два известных русских писателя, хорошо знавших Александра Ивановича. Д. Мережковский: "Со времени перехода Савинковым советской границы это самый большой удар по эмиграции. (…) Жаль, что Куприн, проживший большую, честную жизнь, заканчивает её так грустно". И. Бунин: "Он не уехал в Россию — его туда увезли (…) больного, впавшего в младенчество. Я испытал только грусть при мысли, что никогда не увижу его больше". 29 мая 1937 года при посадке в Париже на московский поезд Александр Куприн произнес свои хрестоматийные слова, особенно растиражированные советским агитпропом: "Я готов пойти в Москву пешком". Спустя два дня, 31 мая, на Белорусском вокзале Москвы знаменитого писателя торжественно встречали представители Союза писателей: Фадеев, Ставский и Панфёров. Как и следовало ожидать, встреча была организована в соответствующем пропагандистским оформлении: со вспышками фотокамер, с журналистами, возбужденной массовкой и морем цветов. Жаль только удручающее состояние главного героя этого грустного шоу произвело на встречавших тягостное впечатление. Как записал профессор Николай Устрялов: "Бедняга стал развалиной, полутрупом. Не узнаёт окружающих, ничего не помнит, еле идёт, поддерживаемый женой. Явно опоздал вернуться". От советских щедрот Куприных поселили в одном из люксов гостиницы «Метрополь». Через некоторое время им была выделена государственная дача в Голицыне. Одновременно с приездом начата подготовка издания двухтомника избранных произведений классика. К несчастью, Куприн, увы, был не в состоянии в полной мере соответствовать уготовленной ему роли пропагандистского свадебного генерала. Он уже не был способен писать, участвовать в публичных выступлениях и митингах и давать интервью. За все полтора года после возвращения он сумел выдавить из себя всего лишь один маленький очерк "Москва родная", в основном посвященный воспоминаниям о старой дореволюционной Москве. Это было не возвращение писателя, а возвращение артефакта, исторического экспоната ушедшего прошлого. Куприн вернулся не как действующий литератор, а как исторический раритет. Александр Иванович Куприн скончался в любимой Гатчине 25 августа 1938 года и был похоронен на знаменитых Литераторских мостках на Волковском кладбище, по соседству с могилой Ивана Тургенева. Илья Рябцев