Наследие Империи

⚡️Ещё раз о дружбе народов: греческая операция НКВД 15 декабря 1937 года в Советском Союзе начались массовые репрессии, направленные против этнических греков, огульно обвинявшихся в традиционных для той эпохи преступлениях: шпионаже и контрреволюционной деятельности. Несмотря на совершенную абсурдность огромного большинства выдвинутых обвинений, большая часть арестованных была расстреляна. Тем, кому повезло несколько больше, пришлось на долгие сроки отправиться в сталинские трудовые лагеря. Кампания репрессий в отношении лиц греческой национальности стартовала за четыре дня до начала первых массовых арестов, когда 11 декабря 1937 нарком внутренних дел Николай Ежов подписал печально знаменитую директиву №50215. Согласно этому удивительному в своём роде документу, НКВД к этому моменту уже успел (кто б сомневался!) разоблачить обширную сеть греческих националистических, шпионско-диверсионных и вредительских организаций будто бы ставящих себе целью "ликвидацию советской власти и установление буржуазного государства фашистского типа", и к уничтожению которых теперь следовало решительным образом, незамедлительно приступить. Данная директива неукоснительно предписывала 15 декабря арестовать всех греков (как граждан СССР, так и подданных Греции), заподозренных в указанных преступлениях или злоумышлениях. Особый акцент делался на бывших крупных торговцев и спекулянтов, а также "закордонных агентов ИНО НКВД и разведывательного управления РККА", другими словами, на советских же агентов греческого происхождения ("бей своих, чтобы чужие боялись!"). Жертвами этой очередной этнической чистки (если не сказать, геноцида), продолжавшейся с декабря 1937-го по май 1938-го стали около 22 тысяч греков. Для осуществления привычного ускоренного судопроизводства (являвшегося, в сущности, глумлением над правосудием и здравым смыслом) было по-быстрому создано особое совещание, в которое в качестве главных лиц входили всё те же печально знаменитые персонажи во главе со злым карликом Николаем Ежовым и услужливым палачом-энтузиастом генпрокурором СССР Андреем Вышинским. Промышленный конвейер смерти был незатейлив, хорошо отлажен и работал без сбоев. В Москву из региональных тюрем, куда широким неводом собирался улов подозреваемых или попросту чем-то подозрительных, посылались списки с именами арестованных. Против каждой фамилии уже (до какого-либо рассмотрения) был указан приговор. Эти проскрипционные списки равнодушно и бегло просматривались чиновниками с безжизненными, оловянными глазами и во всегдашних серых френчах, а затем гуртом, "альбомами" отдавались наверх на подпись. Подобного рода ускоренное и единовременное вынесение приговора большому количеству арестованных со своеобразным каторжным остроумием называли "альбомным". Кампания НКВД против греков — это всего лишь трагический эпизод (как ни страшно это говорить), одна из многих национальных чисток, постоянно проходивших в Советском Союзе. Как говорится, ничего личного... Греки не были одиноки в своём несчастье, подобная же участь постигла и немцев, и поляков, и прибалтов, и румын, и финнов, и китайцев, и персов, и афганцев и др. Неумолимая статистика свидетельствует, что только начиная с 25 августа 1937 года и по 15 ноября 1938 года, когда в Советском Союзе проводились сразу несколько так называемых "национальных операций", по этническому принципу было репрессировано 335,5 тыс. человек, из которых к расстрелу приговорили 247,2 тыс. арестованных. Илья Рябцев