⚡️Герцог Георгий Лейхтенбергский «Я глубоко убежден, что для России единственная мыслимая форма правления — это монархия» В период заключения царской семьи в Александровском дворце Царского Села, доме губернатора Тобольска и доме инженера Ипатьева в Екатеринбурге сразу несколько разрозненных групп предпринимали попытки её спасения. Среди них были группа князя Трубецкого, организация Маркова и множество других объединений русских людей, оставшихся верными своей присяге и Родине. Но мало кто знает, что попытки спасти царя и его семью предпринимали и его родственники. И речь идёт не о европейских монархах, а о членах династии, живших в России и служивших на её благо. Да, большинство Романовых были арестованы ещё в бытность Временного правительства. Да и не все из них хотели спасения Николая II. Но не все представители династии носили фамилию Романовы, даже будучи близкими родственниками императорской семьи. И не все Романовы поддались соблазнам свободы, оставшись верными сыновьями своего Отечества. В период революционной разрухи и под постоянной угрозой самому стать жертвой новой власти потомок императора Николая I, находясь в эпицентре столкновения революционных сил и открыто демонстрируя свои монархические убеждения, пытался организовать спасение своего родственника — русского царя, а также его семьи. Он до последнего пытался спасти свою Родину. Этот человек понимал все последствия революции и рационально строил план по восстановлению великой державы после пережитых трагедий. Георгий Николаевич, герцог Лейхтенбергский, граф де Богарне, был родственником династии Романовых через брак дочери русского царя Николая I, великой княжны Марии Николаевны, с сыном пасынка императора Наполеона. С начала XIX века эта семья жила в России и служила её на благо как на военном поприще, так и в науке и благотворительности. Георгий Николаевич родился и получил образование за границей, однако ему с детства прививали любовь к России. В возрасте восемнадцати лет отправился на родину, чтобы пройти военную службу на именно в России. За пятнадцать лет он дослужился до звания полковника, после чего вышел в отставку, чтобы посвятить себя историческим и военным наукам. Герцог был одним из самых образованных людей своего времени. Но когда в России началась война, он снова встал на защиту интересов Родины на юго-западном фронте. После прихода Временного правительства Георгий Николаевич, как член династии, был отстранён от военной службы. В 1917–1918 годах он, среди многих других знатных лиц, оказался на юге России, где на тот момент было спокойно. Именно в Киеве герцог стал свидетелем гетманщины Скоропадского, насильственной «украинизации» и множества других исторических событий. События, предшествовавшие наступающей трагедии, он подробно и с долей иронии описал в «Воспоминаниях об Украине 1917–1918 гг.», где также изложил происходившие с людьми и государством метаморфозы. Георгий Николаевич был человеком не робкого десятка. Когда стало известно о положении царской семьи, он задействовал все свои родственные связи с королевскими домами, чтобы помочь русскому царю. Именно он и его товарищи убедили гетмана Скоропадского отказаться, пусть и не сразу, от идеи самостоятельного государства Украины и начать формировать армию из русских солдат и офицеров. Он саркастически высмеивал «украинский» этнос. Как профессиональный историк, он писал: «Совершенно бесполезно отыскивать источники этого „государства-сюрприза“ в чувствах малорусского народа: это государство, рожденное в Бресте, зародилось в Австрии, выношено в Галиции, так как заветной мечтой австро-германцев было получить в случае победы всю Южную Россию до Кавказа, чтобы сделать из неё германскую колонию». Он крайне скептически отзывался и о украинском языке, называя его «печальным фарсом». Как человек большого ума и серьёзного образования, признанный учёный-историк, Георгий Лейхтенбергский открыто утверждал, что южные земли Империи населяют «великоруссы» и «русины».⬇️