Наследие Империи

⚡️Березина как символ катастрофы 26 ноября 1812 года состоялось сражение на Березине, одно из наиболее знаменитых сражений Отечественной войны 1812 года. Урон, понесенный французами в этом сражении, был огромным, они потеряли как минимум 25 тысяч человек убитыми и сдавшимися в плен. Были потеряны все обозы, 22 орудия и четыре знамени. Количество же жертв со стороны отступавших вместе с наполеоновской армией многочисленных гражданских лиц и вовсе не поддается учету. По существу, стратегически война была проиграна ещё ранее. Разгром на Березине стал лишь ее закономерным результатом и, так сказать, финальным аккордом. Теме не менее, как и почти все наиболее весомые события катастрофического для Великой армии вторжения в Россию, сражение на Березине получило диаметрально противоположные исторические оценки. Так, небезызвестный Жозеф де Местр назвал эту битву «всего лишь несколькими громкими ударами по хвосту тигра». Другие историки, напротив, называют Березину ни больше ни меньше как вторыми Каннами и блестящим успехом русской армии. Очевидно, что и та, и другая оценка являются явным преувеличением. При всей значимости этой победы русская армия не достигла поставленной фельдмаршалом Кутузовым цели, предполагавшей последовательное окружение, полное уничтожение и пленение Императора с остатками его армии. В силу ряда совпавших счастливых факторов Бонапарту все же чудом удалось вывести немногочисленные оставшиеся в его распоряжении наиболее боеспособные части. Согласно уже прочно укоренившейся в российской историографии традиции вину за то, что наполеоновская армия избежала полного уничтожения и пленения возлагают на адмирала П. В. Чичагова, допустившего грубые просчеты, сорвавшие окончательный триумф русской армии. Однако при всей несомнености досадной нерасторопности Чичагова очевидно и то, что именно его войска выдержали главную тяжесть сражения на Березине, нанеся французам наибольший урон. При всей полярности оценок само слово "Березина" стала символом. Для русских —триумфа русского оружия и изгнания высокомерного захватчика, для французов —полной и уже окончательной катастрофы. Это нашло отражение даже во французском языке, в котором с тех пор имеет хождение выражение «C’est la bérézina» — «Это Березина», обозначающее полную катастрофу, провал и крах. Илья Рябцев