Я Психолог | Психиатр

Пограничные клиенты часто функционируют на доэдипальном, то есть на диадическом уровне. Там, где ещё нет треугольных отношений, а есть сплошные дихотомии: плохой-хороший, грязно-чисто, удовольствие-боль, любовь-ненависть. Эти дихотомии распределяются между двумя участниками процесса таким образом, чтобы каждая часть целиком принадлежала кому-то одному. В случае, если в отношениях задействованы три и более персонажей, они все равно делятся дихотомически: кто не с нами - тот против нас. Мы хорошие - вы плохие (иногда наоборот, но реже). Все полукровки - грязные свиньи (претензии к Джоан Роулинг). Треугольники в отношениях, однако же, присутствуют в каждом процессе, даже будучи незамеченными. В случае работы с последствиями травматичного прошлого таким третьим становится «мертвый свидетель». В ситуации, когда человеку (ребенку) было плохо, возле него не нашлось поддерживающего взрослого, который посочувствовал бы ему, защитил, и своим признанием реальности, внешней и внутренней, придал бы смысл происходящему. Среда оказалась слепа, глуха и невосприимчива к страданиям. И тогда человек выбирает заморозку чувств как крайний способ избегания невыносимой боли. Место стыда и вины занимают внутренняя пустота и апатия. Жизненная сила и способность вовлекаться становятся существенно ограниченны. Смысл теряется, а жизнь начинает выстраиваться не вокруг присутствия, а вокруг отсутствия. Именно поэтому настолько целительной становится способность терапевта свидетельствовать, эмпатически сопереживать опыт клиента. Вовлекаться и присутствовать. Этот процесс похож на архетипическое пробуждение Спящей Красавицы или Белоснежки, лежащей в хрустальном гробу с яблоком истины в руках. Невозможно переварить боль познания, если рядом не будет любящего другого. Для истины нужны зеркала, которые не врут при соприкосновении с реальностью. Текст: А. Кондаурова #психоанализ #прл