Димитриев

В Иране очереди на заправках. Страна с одними из крупнейших в мире запасов нефти тоже стоит в очереди за бензином. В 2019 году в Иране уже бунтовали из-за подорожания бензина. Тогда люди вышли на улицы городов и власть тушила это отключением интернета. Сейчас ситуация заметно хуже. Инфляция 69% с начала года. Риал на чёрном рынке — два миллиона за доллар против 50 тысяч пять лет назад. Подавляющее большинство населения живёт в нищете по западным меркам. Люди выставляют машины на продажу, чтобы переложиться в золото и продукты длительного хранения. Ожидают экономического обвала на месяцы вперёд. Министр финансов США Скотт Бессент объявил новые секторальные санкции — операция получила название «Экономический изгой». Пресекаются пять каналов, питающих иранскую экономику: технологии, золото, авиация, судоходство, цифровые активы. Адресованы санкции организациям и физлицам по всему миру, которые работают с Ираном. Трамп лично обзванивает мировых лидеров с просьбой свернуть любое взаимодействие с Тегераном, и результаты уже есть: ОАЭ приостановили торговлю с Ираном. Правда, главный канал поддержки иранской экономики - китайский, по которому уходило девять десятых нефтяного экспорта - пока не трогают, а на вопрос о санкциях против китайских банков Бессент не ответил. Из всего этого прорисовывается новая американская стратегия. Воздушная кампания своих задач не решила, для смены режима в Иране нужна наземная операция, а она может кончиться катастрофой. Американцы не рискнули и перешли к медленному удушению экономики. Свои союзнические обязательства перед монархиями они отменяют и поддерживают создание ими собственого Мекканского пакта. Проблему Ормузского пролива при этом кое-как сняли: ракетными ударами по прибрежным РЛС лишили КСИР возможности видеть, что происходит на воде, и повели танкеры с выключенными транспондерами под военным эскортом ночью, с перевалкой у побережья Омана. Иранские дроны до судов дотягиваются лишь изредка. А вот иранский экспорт просел кратно: президент Масуд Пезешкиан публично признал, что порты заблокированы. На этом фоне идёт брожение в иранской элите. Спикер парламента Мохаммад-Багер Галибаф заявил, что какой бы сильной ни была иранская армия, «если люди голодают и у нас нет финансового оборота, экономического роста и внутреннего производства, мы не выдержим». Пезешкиан говорит, что войну надо заканчивать, пока есть сильные переговорные позиции, и объявлять миру о победе. Вдвоём они пытаются убедить верхушку — командование КСИР и Муджтабу Хаменеи — разменять безопасность судоходства на снятие морской блокады, пока за этот размен ещё что-то дают. Радикальный лагерь в ответ клеймит любые договорённости капитулянтством и планирует топить до талого. Так что про разгромное поражение Штатов заговорили рановато. Итог здесь подведут по тому, кто первым сядет за стол на чужих условиях. А Штаты могут душить Иран ещё долго: худшее, что происходит с их экономикой, — это бензин, подорожавший с 83 центов до доллара с десятью за литр. Если коридор вдоль Омана удержат, цена будет постепенно возвращаться: выпавшие объёмы уже замещены саудовской трубой к Красному морю и новой добычей в Америке и Латинской Америке.