Димитриев

Одна из самых популярных версий ответа на вопрос «зачем России оставшаяся часть Донбасса?» — вода. Версия рациональная и гуманистическая. Россия защищает дома, в которых пересохли краны. Без геополитических абстракций. Проблема с водой действительно есть. Донецк и Макеевка летом получали воду раз в три дня, Мариуполь, Харцызск и Иловайск — раз в два. Причина известная: Украина в 2022 году перекрыла канал Северский Донец — Донбасс, главный источник воды для региона. Дополнительно: при отходе украинские силы подорвали нижнюю плотину Оскольского водохранилища, которое регулировало летний сток. Без её восстановления прежняя система полноценно работать не может. Вся советская индустриализация Донбасса строилась вокруг этой системы. Ещё в 1950-х стало ясно, что местных источников не хватает ни для населения, ни для металлургии, ни для шахт — Донецкий кряж стоит на высоте 200-300 метров, подземные воды истощены столетней угледобычей, шахтные засолены. Канал из Северского Донца тянет воду через насосные станции снизу вверх на кряж, поднимая её примерно на 150 метров (с отметки около 110 метров у Славянска). Водозабор и две из четырёх насосных станций расположены именно там. Выходит, что тот, кто контролирует Славянск, контролирует воду для всего региона. Россия пыталась решить проблему самостоятельно. В 2023 году построили водовод Дон — Донбасс длиной 194 км. Дон течёт на отметке 10-20 метров — насосы поднимают воду на 200 с лишним метров, вдвое больший перепад, чем у канала от Славянска, вдвое большее расстояние, вместо четырёх насосных станций восемь. Первоначальная смета — 70 млрд рублей, итоговая выросла втрое. Но пропускная способность — всего 3,5 кубометра в секунду при необходимых 20. По факту объект закрывает лишь 6% потребностей Донецка. Куратор строительства замминистра обороны Тимур Иванов в 2025 году получил 13 лет за хищения. Деньги потрачены, воды все ещё нет. Отсюда вывод: нужен Славянск — там рельеф подходящий, инфраструктура уже построена СССР, и подача воды обходилась бы значительно дешевле. Рационально? Версия складывается. Но если принять её и довести до конца, то не сходится все равно. Военный бюджет России — порядка 13-14 трлн рублей в год. Предположим, что на решение водного вопроса направили бы в десять раз больше чем в прошлый раз – 2 трлн. С запасом, чтобы все нужные люди заработали, трубы были самые лучшие, насосы самые мощные. И все это все равно обошлось бы примерно как 2 месяца боевых действий. Только без мобилизации, без потерь, без угрозы глобальной войны. Тем более, что вода — это следствие войны, а не её причина. Версия предполагающая, что Россия ведёт самую кровопролитную войну в Европе с 1945 года и рискует собственным существованием ради того, чтобы в Донецке вода шла не по расписанию, она как бы так аккуратно сказать - очень донецкоцентрична.