Маск — один из главных идеологов технолибертарианства, человек, который ломал госрегулирование, сокращал федеральные агентства и проповедовал освобождение рынка от бюрократии. И вот теперь он предлагает безусловный базовый доход — то, что продвигают современные левые, от Шваба до Берни Сандерса. Логика Маска в общем понятна. Научно-техническая революция ведёт к резкому росту производительности и такому же резкому сокращению занятости. Продукции становится больше, она дешевле, качественнее — но покупать её некому, потому что покупатели остались без работы. Напоминает Великую депрессию в 20 веке, только хуже. И Маск приходит к выводу, к которому приходили его политические оппоненты: государство должно субсидировать потребление. Иначе высокоэффективная корпоративная экономика произведёт товары, которые некому будет продать. Но либертарианский проект — это же освобождение от государства как распределительного механизма. Потому что государство неизбежно начинает закручивать гайки, душить все налогами и регуляторными нормами и душит экономику. Но выходит, что и свободный рынок без распределения сам загоняет себя в кризис и система останавливается? На правом фланге ясного ответа на этот вопрос нет. У глобальных левых проект экономики будущего хотя бы концептуально существует — перераспределение через государство, базовый доход, налог на автоматизированное производство. А правые приходят к тем же выводам, только окольным путём. Тут нужно оговориться, что базовый доход история про развитые страны. Население развивающихся стран как массовый потребитель никому не интересно сейчас (гражданин США потребляет благ примерно как целое село в Афганистане) и не станет интересно с приходом ИИ-экономики. Скорее наоборот: если себестоимость производства падает за счёт автоматизации, интерес к дешевой рабочей силе тоже падает. Швейные фабрики в Бангладеш не нужны, если робот шьёт дешевле. Можно поставить робо-фабрики у себя, допустим, в Европе и не тащить товары через Баб эль-Мандеб. Китай давно понял, что в перспективе можно потерять рынки на западе. Начал развивать собственные технологии вместо сборки, плюс расширять внутренний рынок. Он сохранит за собой часть мира, которую будет обеспечивать своей продукцией в обмен на ресурсы. Есть и вторая проблема экономики будущего — финансовая система. Прибыль коммерческих банков это разница между депозитами и кредитами плюс комиссии за переводы. Если государство внедряет цифровые деньги и берёт на себя функцию прямого распределения дохода, то оба источника сужаются: транзакции уходят в государственные платёжные системы, кредитование постепенно сворачивается - так как понятно, кто сколько получит от государства. Банк в этой схеме - лишний. Третья проблема — политическая. Если большинство населения живёт на государственные выплаты, меняется смысл гражданства. Ведь политические права формально были связаны с экономическим вкладом — налогоплательщик голосует, потому что платит. Ну в теории. А теперь человек просто получает минимальное пособие и курит бамбук. За что ему давать права? Государство может просто отменить их или диктовать условия - получишь пособие если будешь хорошо себя вести. И тут, как следствие, у нас вообще останавливается политическое сознание и смысл сущесивования. Труд ведь, как мы помним, сделал из обезьяны человека, формировал его идентичность, социальные связи, мотивацию. А что произойдет с обществом, где люди не работают вообще? Левые отвечают, что люди займутся творчеством и самореализацией. Ну там йога, погружение в природу, нарко-трипы. Но вообще, если судить по людям, которые живут на ренту и ничего не делают, то они быстро лишаются мотивации и деградируют. Так что это тоже большой вопрос. Ну и у классических либертарианцев были прямо противоположные идеи.