Димитриев

Один из руководителей крупного украинского фонда «Вернись живым» Антон Муравейник подтвердил то, что все и так знали: Украина ежемесячно мобилизует почти 30 тысяч человек, но на передовую попадает в лучшем случае треть — примерно 8-9 тысяч. Остальные две три «балластом падают на ВСУ». Далее государство тратит на них ориентировочно 100 миллиардов гривен. Он тактично обходит вопрос СЗЧ, его похоже не принято открыто обсуждать в украинской медийке, чтобы не создавать образ «ВСУ разбегаются», а валит всё на то, что мобилизуют кривых, косых, и убогих, а специального отряда «Альпийские Тетерева» для них не существует. По его версии от 15% до 50% прибывших в бригады идут на повторную ВВК, где получают статус ограниченно годных и далее идут служить в тылы. Поэтому у бригады численностью 3 тысячи человек может быть лишь 50-150 человек на ЛБС. Остальные это повара, РЭБовцы, механики, строители, кто угодно кроме пехотинцев. Но не будем забывать, что на самом деле 20 тысяч уходят в СЗЧ, а не оседают в тыловых частях. А вот из тех, кто не ушёл, да, ещё часть делают себе справки. Так что общую ситуацию он скорее приукрашивает. К слову, он пишет о смешном юридическом нюансе: ВВК после бусификации всех признаёт годными, даже явных больных. Учебные центры не могут отказать в приёме таких людей и вынуждены тратить на них ресурсы. Потом эти люди попадают в бригады, идут на повторные ВВК, там им уже более адекватно определяют их состояние здоровья, и де-юре получается, что человек все свои болезни приобрёл уже в армии, из-за чего он может получать дополнительные выплаты. А о том, куда деваются пригодные к непосредственному участию в боевых действиях пополнения, на днях высказался Кротевич, который заявил, что обнародование потерь в штурмовых полках может «всколыхнуть страну». По его словам он видел документы одного из ОШП, они только за июль 2025 года потеряли больше, чем его «Азов» за 2 года. И там же он намекнул, сколько это примерно человек: А на следующий месяц ему [подразделению] дали еще больше людей — где-то 800. Речь тут явно идёт или про «Скалу», или про 225-й полк, которые в то время несли основные потери параллельно имея безлимит на пополнения. Зимой после массовой критики это немного пересмотрели и стали распределять новобранцев более равномерно, некоторые бригады сообщали, что впервые за год получили пополнения после этого. Однако по слухам всё равно «полки Сырского» имеют приоритет, их «покупатели» в ТЦК и учебках забирают всех кого хотят, даже если у людей есть отношение в другую бригаду. Так что ВСУ тоже деградируют и воюют совсем не так эффективно, как могли бы, стачивая свои немногочисленные пополнения в бесполезных политически мотивированных операциях типа наступления в Днепропетровской области. Вопрос лишь в скорости этой деградации, которая пока не такая большая, чтобы проявиться серьёзными проблемами, но может наступить момент, когда это сыграет роль, а сделать уже ничего будет нельзя. Украинская власть с зимы, примерно с очередной смены министра обороны, проблему признала. Вот только вместо её решения Зеленский занимается популизмом, обсуждая с Мерцем возврат украинских мужчин из-за рубежа. Канцлер Германии может сколько угодно поддерживать эту идею, но до весны 2027 года он ничего сделать не сможет, а потом всё зависит тоже не от него, а от Еврокомиссии. Но пообещать подумать над этим — это бесплатно, Зеленскому приятно, вот Мерц и пообещал. Фёдоров же стабильно раз в несколько недель заявляет о том, что уже скоро будут реформы службы, но ничего не происходит. Да и Буданов открыто признал, что в нынешних условиях ничего особо исправить нельзя, поэтому так всё это будет идти примерно до конца войны. Впрочем все эти проблемы украинской армии не достигли критического уровня, ВС РФ всё так же не побеждают. Главный эффект, который есть на данный момент — это то, что сами ВСУ не могут проводить большие наступательные операции. С вторжения в Курскую область прошло уже 1,5 года, и хотя иногда слышны анонсы, что ВСУ готовят масштабное наступление, пока они не сбывались.